Хозяйка дома, где пулька затянулась до утра, заглядывает к картежникам с недовольным видом:
— Господа! Нельзя ли потише в моем доме!
— Не шуми, дорогая, — робко просит муж. — Видишь ли, этот дом уже не наш.

"Ну, пойдем, пойдем отсюда", — второй час тянула я за рукав своего любимого, пытаясь на себе вынести его из радиуса действия киоска с надписью "Спортлото". Увы, мои старания были напрасны. Он продолжал выигрывать. Правда, сумма выигрыша никогда не превышала стоимости одного (иногда двух) новых лотерейных билетов, но ведь главное — не выигрыш, главное — процесс! Потри, ахни, протяни руку за новым, оторви, охни, поройся в кармане, наскребая на самый последний билетик, выиграй — ну не забирать же эти копейки, давай еще один… "Будь проклят тот день, когда я сел за баранку этого пылесоса!" — процитировала я "Кавказскую пленницу" и пошла жаловаться маме. "Ну, хоть не пьет…" — процитировала она, в свою очередь, "Любовь и голуби". С такой трактовкой вопроса я была не согласна. Нет, что не пьет, это ладно. Но уж лучше бы голуби. Их хотя бы, если голод наступит, съесть можно. Жалко, конечно, но все-таки мясо… А лотереи эти куда? "Не азартный ты человек", — упрекнул меня милый, вернувшись домой глубоким вечером, нищий, но довольный. Следующую неделю мы питались китайской лапшой.

Нет, я все понимаю. Кто не рискует, тот не пьет, покой нам только снится, тем более, что всегда существует малюсенький, но шанс: выиграть и потом всю жизнь тратить эти деньги. То есть не просто нервишки пощекотать, но еще и обогатиться. Приятная перспектива: ты деньги тратишь и тратишь, а они, сволочи, все не кончаются и не кончаются. Но почему-то в реальности получается все совсем наоборот: только тратить начнешь — а они уже и кончились. И не осталось у тебя от них даже фотографии на память. Только бумажка с издевательской надписью "без выигрыша"… Или святой карточный долг размером в пятнадцать твоих зарплат. Чем он так свят, неизвестно; известно одно: отдавать придется. И не видать тебе ни новых туфелек, ни путевки в экзотический Киреевск, где ночи потемнее, чем в Сочи, а поющие фонтаны с успехом заменяют пьяные студенты у поющих костров. Впрочем, папа одной моей знакомой, будучи неплохим преферансистом, в трудные годы перестройки именно так зарабатывал себе на жизнь. Выходные с преферансом — неделю семья живет, не волнуясь о завтрашнем дне. А то и обновку дочке организует — джинсы там или очки темные. Вот как перед своими семьями оправдывались те, кому эти очки приходилось оплачивать, история умалчивает…

Собственно говоря, они наверняка не были очень уж расстроены. Пришлось мне как-то наблюдать такую картину: из комнаты выскакивает взъерошенный преферансист с лихорадочным румянцем во всю щеку и вопит:

"Дайте, дайте мне попить! Ну, Николай, отделал нас как младенцев. Я уже, кажется, тыщи две проиграл — и ведь ставили-то по копейке! Ой, не могу… Жена меня убьет. Щас, отдышусь — и обратно…"

Кто из мужчин мне объяснит — почему, проиграв две тыщи и зная, что жена убьет, нельзя остановиться, а надо идти и играть дальше? Нормальная женщина уже давно бы, собрав оставшиеся пожитки, схватила бы ноги в руки и бежала из этого гнезда разврата…

Нет, ну я имею в виду НОРМАЛЬНУЮ женщину. Которая свой адреналин получает, бегая по магазинам или обсуждая какую-нибудь Ленку, покрасившую голову в синий цвет и сменившую за неделю семерых ухажеров, причем каждый клялся ей в неземной любви. Вот это азарт — наблюдать за развитием подружкиного романа, строить на его счет прогнозы и даже делать ставки — кто из них кого первым бросит. Она его. Нет, он ее. А спорим…? У меня до сих пор дома валяется письменное подтверждение одного из таких споров: так сказать, нотариально заверенное свидетельство о том, что Дина и Аня заключают пари. Аня утверждает, что Маня расстанется с Ваней не позже чем через две недели, а Дина — что позже. Проигравшая сторона должна угостить выигравшую шоколадкой. Число и подписи свидетелей заключения пари, разве что печати не хватает. Ставка, конечно, была вполне безопасной, но азарта от этого у нас не убавилось. Ух как мы спорили! Ух какие страсти горели вокруг каждого Маниного замечания! "Нет, это все-таки не мой человек…" — и Аня уже сладострастно облизывается; "А знаете, он, оказывается, варит такой вкусный кофе!" — и Дина бежит мыть руки, потому что немытыми руками шоколад есть негигиенично… Вот это азарт! Вот это адреналин! Вот это я понимаю. Хотя и не помню, кто из нас все-таки тогда выиграл.

А еще… еще, когда мы были на Кавказе, нам так хотелось пойти на ипподром… Вот только не получилось. И мы так убивались! Нас даже не утешила притча о том, что когда какой-то там персидский шах приехал в Англию и ему хотели показать скачки, он ответил: "Зачем? Я и так знаю, что одна лошадь бегает быстрее другой". А еще… еще я однажды была в казино. Наш друг семьи в те благословенные времена, когда фишка стоила всего пять тысяч, а зарплаты меряли миллионами, очень любил играть в рулетку.

Он наскребал по карманам на одну-две фишки и говорил: "Ждите меня, ребята, и молитесь за меня так, как только можете молиться", — и уходил в туман. Чаще всего в этот день он не возвращался — не на что было доехать. Но иногда… о, иногда он приезжал на такси, гордо неся перед собой коробку — не с деньгами, конечно, а с шоколадными конфетами, но все равно приятно, — и говорил: "Это вам от меня — за то, что хорошо молились".

Хотя молились мы на самом деле плохо, да и были некрещеными, а значит, наши молитвы все равно не были бы услышаны. В общем, однажды эти заядлые игроки взяли меня с собой — "Посмотри, во что играют настоящие мужчины!" Рядом с колесом рулетки я сразу почувствовала себя инфернальной дамой, а своих спутников начала воспринимать как глубоко роковых красавцев. Проигрались красавцы быстро, зато уж мне, как новичку, везло. Пришлось занять настоящим мужчинам пару горстей фишек, чтобы не нервировали меня своими несчастными просящими взглядами. Мои фишки они тоже быстренько спустили — удача была только на моей стороне. Тогда они, видимо, воспылали злобной завистью, потому что везти мне сразу перестало. Еле спася от когтей крупье остатки моего выигрыша, мы гордо удалились и истратили шальные деньги, как аристократы — на шампанское.

Стоп. Кажется, мой разум начал мне изменять. И с кем! С рулеткой! С этой непостоянной и непредсказуемой особой, которая сегодня отдаст тебе все, что захочешь, а завтра лишит и того, что было. Ну уж нет. Мы женщины здравомыслящие… почти… и не любим рисковать… разве что иногда. В общем, ладно, ладно, я готова признать: не права. Ставить на лошадь, на красное, на три семерки, отрывать хвостик билету "Спринт" — это очень увлекательное и приятное занятие. И тот, кто это делает, прекрасно отвечает за свои поступки, зная, что может и проиграть. Я вот одного не понимаю: ну как можно играть в наперстки? Или… или я просто не пробовала?