…После того как мои родители пребывали в некотором шоке от начальной израильской школы, они стали искать «что-то поприличней». Приличней оказалась школа с религиозным уклоном, в которой почему-то учились только русские дети. В классах на самом деле было заметно тише, и уроки были похожи на уроки в понимании российских родителей. К тому же изучали русский язык. Но все девочки должны были приходить на занятия в длинных юбках, а по утрам мы читали молитвы, также было углубленное изучение Ветхого Завета.
Моя семья была далека от Бога, как от христианского, так и от иудейского, но в этой школе задавали домашние задания, и создавалось впечатление, что это серьезное место. У меня появились друзья, у родителей — работа. Все шло своим чередом. Я довольно быстро выучила иврит, уже через пару месяцев свободно общалась в школе и на улице. Но все равно мы были здесь еще чужаками, все казалось инородным: пальмы, жара, люди на улицах, местные праздники и полное затишье города в субботу, когда даже машину еле где увидишь… Кстати о праздниках, в Израиле огромное количество праздников, которые (а как же иначе) сопровождаются каникулами. Даже пытались устроить реформу: начинать учебный год в августе, а не в сентябре, дабы выучить хоть какую-то часть школьной программы до Нового года (который в сентябре), Судного Дня (пост) и Суккота (праздник кущей). Каждый год все праздники выпадают в разных числах, так как отмечаются они по еврейскому календарю. В общем, детям раздолье — гуляй не хочу. Один праздник закончился, другой уже наступает.
Через три года родители засобирались обратно. Точнее, особенно «на Родину» рвался отец.
Я приехала в Россию другой, израильской девочкой. Моему своенравному характеру было раздолье в Израиле, стране, где каждый может высказывать свое мнение, люди улыбаются по поводу и без, да и круглый год можно есть арбузы. А тут вдруг снег, надо покупать шубу, кротко опускать голову на уроках и из фруктов разве что апельсины. К тому же оказалось, что в России отменили 4-ый класс, и я попала сразу в пятый. В первый день в школе по расписанию должна была быть физкультура. Я оделась в спортивный костюм (как было принято в моей израильской школе) и заявилась в класс, где все были одеты в платьица, туфельки и колготки. Учительница объяснила мне, что следует носить спортивную одежду с собой и переодеваться только непосредственно на сам урок. А еще мне рассказали про волшебное слово «сменка», без которой в школу не пускают, и удивительно, что в этот раз пустили.
Дети смотрели на меня во все глаза. Наверное, я была для них чем-то вроде инопланетянки. Загорелая, улыбка до ушей, я не стеснялась и начала сама со всеми знакомиться. Израиль дал мне удивительную раскрепощенность и умение заводить друзей. Первый день прошел на ура, я купалась во всеобщем внимании, переводила на иврит любые слова, рассказывала о больших израильских дельфинах, финиковых пальмах и других глупостях. На второй день я уже пришла одетая по всем правилам своей новой школы. Мне безумно нравились лакированные туфли, юбочки и блузки. Оказалось, что в России дети не учатся весь день в одном классе, как это было в израильской школе, а переходят из одного класса в другой. Новые друзья помогли мне ознакомиться со школой, да и с самой системой. Помню, что мне очень нравилось, что все вокруг ведут себя с пятиклашкой, как со взрослой, никаких скидок и поблажек, но зато и без сюсюканий. Я потихоньку начала вливаться в коллектив…
