Москва модная: кто сегодня создает стильный образ столицы? Москва модная: кто сегодня создает стильный образ столицы?

Короткие интервью с участниками проекта "Сделано в Москве".

автор Катерина Кулагина

Арт-павильоны в рамках сезонных проектов «Лето в Москве» и «Зима в Москве» уже стали частью городского ландшафта и для многих туристов заменили магазины с привычными матрешками, самоварами и шапками-ушанками. Клео.ру спросил дизайнеров проекта «Сделано в Москве» о том, что для них служит российским культурным кодом и почему. 

Сальникова Оксана, ZOTĒME

– Россия настолько неисчерпаемая и разная – от Москвы до Владивостока. И в каждом регионе есть свой культурный код, у каждого народа, даже в каждом городе, а значит, не снаружи его надо искать, а внутри. Что для вас служит российским культурным кодом и почему?

– Для меня российский культурный код – это то, что мне вспоминается из детства. Моя моя мама рисовала, и мне запомнились ее картины в духе русского авангарда. Наверное, поэтому русский культурный код для меня связан с чистыми цветами авангардистов, смелой лаконичной формой и эмоциями, полученными от работ художников начала 20-го века: Любовь Попова, Аристарх Лентулов, Александр Родченко, Михаил Ларионов, Александра Экстер.

– Как он отражается в вашем творчестве?

– Каждое изделие несет в себе деталь, которая отражает диалог между модой и искусством. Например, мы придумываем свои принты для тканей, оригинальную окантовку деталей, свой крой и формы, в которых видна любовь и к архитектуре, и к искусству. 

Фото: пресс-служба ZOTEME

– А из чего для вас состоит культурный код Москвы? 

– Из невероятного смешения разных факторов: разнообразие, смелость, самобытность.

– Какое место в Москве вы можете назвать своим местом силы? 

– Мещерский парк, Крылатские холмы – это места силы из детства

– Опишите в нескольких словах ваш образ модной Москвы? Как вы его воплощаете в своих коллекциях?

– Яркий, но лаконичный, изысканный и уверенный, иногда спонтанный, но всегда утонченный. Так получается совмещать в коллекциях разные изделия, объединенные любовью к искусству. 

Фото: пресс-служба ZOTEME

– Топ-5 ваших любимых вещей, которые сделаны в Москве?

– Вещи любимого бренда ZOTĒME, обувь бренда Razumno, украшения из керамики сделанные вручную брендом Zotov, архитектурная одежда бренда Bornin 22, сумка-авоська Corda, бренд Novembre.

Лариса Колташова, Surovaya

– Что для вас служит российским культурным кодом и почему?

– Вы затронули очень важную тему, подчеркивая, что культурный код России многогранен и личный. И я с вами абсолютно согласна: женщина – вот что является для меня квинтэссенцией российского культурного кода. Объясню почему. 

Русская женщина – это не просто образ, это архетип, в котором сочетаются, казалось бы, несочетаемые вещи. Это сила и нежность, мудрость и наивность, стойкость и сострадание. Она как береза, растущая на самой суровой земле, – хрупкая на вид, но с мощными корнями, способная выстоять в любых условиях. Русская женщина красива особой, внутренней красотой. Это не просто внешние данные, это свет, идущий изнутри, это доброта, душевность и милосердие. Она умеет создавать уют, поддерживать огонь в очаге, вдохновлять на подвиги.

– Как образ русской женщины отражается в вашем творчестве?

– В коллекциях бренда Surovaya образ русской женщины как воплощение культурного кода отражается многогранно.

Силуэт и форма. Наши силуэты часто тяготеют к плавным линиям, подчеркивающим женственность, но не сковывающим движения. Это одежда, в которой удобно жить, работать, любить и растить детей. Это отражение практичности и силы наших женщин.

Материалы и фактуры. Мы отдаем предпочтение натуральным материалам – льну, хлопку, шерсти, шелку. В фактурах часто прослеживаются отсылки к традиционным русским тканям – домотканому полотну, кружеву, вышивке.

Функциональность и практичность. Мы стремимся создавать одежду, которая не только красива, но и функциональна, практична и удобна в носке. 

Фото: пресс-служба Surovaya

– Какие символы, на ваш взгляд, понятны только жителям России?

– На мой взгляд, есть несколько символов, имеющих особое значение для россиян:

Береза. Это символ России, ассоциирующийся с красотой, чистотой и женственностью.

Чай. Не просто напиток, а символ домашнего уюта, душевных разговоров и гостеприимства.

Тройка. Образ, воплощающий скорость, свободу и русскую удаль.

Русская печь. Символ дома, тепла, уюта и хлеба насущного.

Медведь. Несмотря на порой негативные коннотации в западной культуре, для многих россиян медведь – это символ силы, мудрости и природной мощи.

– А из чего для вас состоит культурный код Москвы?

– Культурный код Москвы – это сложное переплетение истории, современности и космополитизма. Для меня Москва – это:

История. Красная площадь, Кремль, старинные улочки – здесь ощущается дыхание веков.

Культура. Большой театр, Третьяковская галерея, многочисленные музеи и театры – Москва является культурным центром России.

Динамика. Город никогда не спит, здесь постоянно что-то происходит, кипит жизнь.

Разнообразие. В Москве можно встретить людей со всего мира, попробовать блюда разных кухонь и увидеть самые разные стили в одежде.

Стремление к лучшему. Москва всегда стремится к развитию, к инновациям, к созданию комфортной среды для жизни.

Фото: пресс-служба Surovaya

– Какое место в Москве вы можете назвать своим местом силы?

– Безусловно, если говорить о месте силы в Москве, то я бы отметила не только умиротворяющие парки, но и древние монастыри, такие как Новодевичий. Для меня это не просто архитектурный ансамбль, а место, пропитанное веками истории, духовности и женской силы.

– Топ-5 ваших любимых вещей, которые сделаны в Москве?

– Это сложный выбор, но попробую: вязаные варежки, изделия из керамики ручной работы, российские травы для чая, книги, изданные в московских издательствах, предметы интерьера, созданные московскими дизайнерами. 

Вера Прокина, основатель бренда сумок и аксессуаров Pepfer

– Что для вас служит российским культурным кодом и почему?

– Россия слишком разнообразна, чтобы уместить ее в одном символе. Когда я приехала во Владивосток с сумками «Наличник» и «Красная икра», восторг вызвала, конечно, икра – своя, понятная. А вот в Тверской области именно сумку «Наличник» встречают как что-то родное и близкое. Хотя, думаю, и от красной икры там бы не отказались!

Даже без сложных исследований видно, что узнаваемые символы и степень эмоциональной теплоты по отношению к ним отличаются от региона к региону, но общее чувство причастности одно на всех. И, пожалуй, именно это ощущение «своего» и есть настоящий культурный слой, который нас объединяет.

– Как он отражается в вашем творчестве?

– Я люблю работать с региональными кодами – икрой, наличниками, матрешками. Но мы часто даем им новое звучание: например, соединяем матрешку с супрематизмом или создаем коллаборации с современными художниками, как с Катей Белявской. Для меня вдохновение складывается из личных впечатлений, путешествий и памяти о том, что формировало наше детство и ощущение дома.

Фото: пресс-служба Pepfer

– Какие символы, на ваш взгляд, понятны только жителям России?

– Промышленный дизайн. Наши упаковки – соли, соды, сахара –  это настоящие иконы повседневности. Они повсюду и потому незаметны, но именно они формируют культурный слой. 

– А из чего для вас состоит культурный код Москвы?

– Я москвичка в нескольких поколениях. Родилась и живу в Останкино, и для меня Москва – это Останкинская телебашня, дворец Шереметьевых, ВДНХ, Ботанический сад и, конечно, Космос – ведь рядом дача Королева и Музей космонавтики. 

Фото: пресс-служба Pepfer

– Какое место в Москве вы можете назвать своим местом силы?

– Мой маршрут силы – от главного входа Останкинского парка через ВДНХ в Ботанический сад. Без музыки, просто в удобной обуви и с мыслями. Через 10-15 тысяч шагов я выхожу с ответами на все вопросы и с четким планом действий.

– Опишите в нескольких словах ваш образ модной Москвы. Как вы его воплощаете в своих коллекциях?

– Модная Москва для меня – это энергия движения. Город, где можно совмещать работу, встречи, отдых и моменты тишины. Так и мои коллекции: от удобных и практичных моделей до ярких и нарядных. Все зависит от ритма дня и настроения.

– Топ-5 ваших любимых вещей, сделанных в Москве.

– 1С:Бухгалтерия (куда же без нее!), детская одежда «Привет, Мишка!», биологическая серия Square Wombat, мужская коллекция Igor York и украшения из фарфора Alchimia.

Васса Яковлева, VASSA&Co

– Что для вас служит российским культурным кодом и почему?

– Русский конструктивизм – направление, которое повлияло на развитие всего искусства и дизайна 20-го века. И на протяжении 25 лет я развиваю в российской моде идеи великих художников-конструктивистов. Мне кажется, что за эти годы нам удалось сделать модный бренд Vassa & Co важным культурно-социальным проектом. Я горжусь тем, что в этом году раритетных модели бренда были включены в фонд отдела тканей и костюма Государственного Исторического музея. 

Фото: пресс-служба VASSA&Co

– Какое место в Москве вы можете назвать своим местом силы? 

– Петровка. Мои годы юности связаны с центром Москвы. Я жила в то время на Петровке. Это была потрясающая огромная квартира с пятиметровыми потолками, окнами, выходящими на гостиницу «Будапешт», и с обязательным для старинных зданий черным ходом, который всегда был для нас, детей, чем-то таинственным, мистическим. Эта квартира мне снится до сих пор. В ней жили мои самые близкие и родные люди. 

Глава семьи был известным режиссером, и в доме часто собирались люди, чьи имена сегодня – достояние истории страны. Там обсуждались самые яркие театральные постановки того времени, а иногда проходили репетиции новых спектаклей, велись идеологические баталии. 

Близость к кругу творческой элиты Москвы позволила мне бывать в Доме кино, видеть все самые новые зарубежные фильмы, звезд экрана. Доступ к мировому кинематографу тех лет помог и в формировании моего стиля. Меня завораживал итальянский неореализм, черно-белое кино. «Сладкая жизнь», «8 с половиной» – оттуда этот лаконизм и минимализм. Но это было не копирование, а интерпретация. 

Арбат. Еще одна моя точка на карте Москвы. Там осталась квартира моей бабушки. И с ней у меня тоже связано очень много прекрасных воспоминаний. В этой квартире я жила после возвращения из Нью-Йорка и создала там точную копию нью-йоркского лофта. Старинная арбатская квартира с ее индустриальными балками и кирпичной кладкой позволила мне воссоздать атмосферу города, по которому я тогда очень тосковала. С этим периодом жизни связано создание бренда VASSA&Co в Москве и открытие нашего первого магазина на Арбате.

Таганка, Товарищеский переулок. Много лет назад, гуляя по этому району и выстраивая свои планы, я очень хотела, чтобы мои дизайнерские идеи реализовывались именно на этом предприятии – одной из старейших швейных фабрик в Москве. Я много путешествовал и жила в разных странах, но когда мы создавали наш бренд VASSA&Co, судьба привела меня именно сюда, на Товарищеский переулок, 4. Это наше место силы. Это сердце нашего бренда. 

Фото: пресс-служба VASSA&Co

Более 7 000 локальных брендов уже сделаны в Москве

Чтобы лучше понять проект «Сделано в Москве», мы пообщались с Александрой Бондарь, руководителем отдела маркетинга и PR проекта. 

– Удалось ли благодаря проекту «Сделано в Москве» создать моду на локальное? За время существования проекта интерес и доверие к местным брендам выросли?

– Безусловно, да. Мы видим, как растет интерес к локальным производителям. Наш проект стал катализатором этого процесса в столице, сформировав лояльность к московским брендам. Самый яркий показатель – рост числа участников наших сезонных маркетов и их впечатляющие продажи. Высокий спрос со стороны покупателей – это лучшее доказательство растущего доверия. Такие масштабные городские проекты, как «Зима в Москве» и «Лето в Москве», которые посетили миллионы горожан и гостей столицы, позволили локальной моде масштабироваться. Эффективность проекта также признали и специалисты: эксперты в рамках форума BRICS+ Fashion Summit высоко оценили нашу работу и ее результаты. На данный момент в проекте «Сделано в Москве» участвуют свыше 7,5 тысячи локальных брендов, которые предлагают более 36 тысяч товаров, созданных в столице.

– Какую поддержку участники получают от города и как могут реализовывать свои товары? Павильоны «Сделано в Москве» на центральных улицах будут работать постоянно или только в теплый сезон?

– Мы создали для участников комплексную экосистему поддержки. Она включает в себя мощную информационную составляющую: размещение на нашем портале, в соцсетях, наружная реклама и публикации в СМИ. Бренды получают возможность участвовать в ключевых городских событиях, таких как Московская неделя моды, Московская неделя интерьера и дизайна, а также в наших сезонных проектах «Лето в Москве» и «Зима в Москве». Помимо этого, проект предоставляет брендам возможность размещения товаров на полках фирменных магазинов и временных сезонных арт-павильонов на центральных улицах города. 

– Какой образ Москвы вы бы хотели создать за границей (и в регионах)?

– Мы стремимся к образу Москвы как динамичной, современной и творческой мировой столицы. Это город, который чтит свое наследие, но смотрит в будущее, создавая актуальные продукты и тренды. 

– Как избавить культурный код нашего города от стереотипов «матрешка-балалайка-шапка-ушанка»? Или это представление уже давно в прошлом?

– Нам кажется, что культурный код – это часть уникального торгового предложения дизайнеров нашей страны. Но, конечно же, всегда нужно следовать трендам, чтобы товары пользовались спросом, в том числе у молодежи. То есть не нужно копировать тот или иной орнамент и технику необдуманно, всегда нужно переосмыслять и внедрять что-то новое. 

– Что из сделанного в Москве пользуется большим спросом у жителей города и туристов?

– Этим летом иностранцы активно приобретали сладости и чай, сувенирную продукцию – аксессуары, косметику, одежду, выполненную в стиле «а-ля-рус», либо с узнаваемыми символами столицы. Безусловным хитом у них стали футболки и толстовки с надписью «Москва». Что касается москвичей, то их интересы смещены в сторону товаров для повседневной жизни. Летом, к примеру, большим спросом пользовались товары для детей, свежие ягоды от местных фермеров, крафтовые напитки и чайные наборы. 

Напомним, что фестиваль «Зима в Москве» начнется 1 декабря 2025 года и продлится до 28 февраля 2026 года.

Художница Екатерина Попова-Гамаюн: "Рождение города, на мой взгляд, похоже на рост дерева"

Клео. ру побеседовал с Катей о сдвигах реальности, Золотом кольце и шедеврах на лопатах.

автор Татьяна Бутурлина

Екатерина Попова-Гамаюн

Пожалуй, одной из самых необычных арт-лабораторий фестиваля «Русский Кот», прошедшего в Москве этим летом, стал проект московской художницы Екатерины Поповой-Гамаюн. По задумке автора, ее интерактивная инсталляция «Лики Золотого кольца. Сдвиги реальности» становилась своеобразным виртуальным путешествием по шести «золотым» городам России. Вращая двухметровые деревянные кубы, зрителям предлагалось самим «составить» код города, например Владимира, Ярославля или Костромы, исходя из личных предпочтений и бывших туристических воспоминаний. В следующем году турпроекту «Золотое кольцо» исполнится 60 лет, так что, как говорится, Катя попала в «волну».

— Кстати, а почему «Лики». Что вкладываешь в это понятие в данном золотом городском контексте? 

— Ну, здесь все просто. У каждого города есть свой образ – лик, по которому он, собственно, сразу узнаваем. Рождение города, на мой взгляд, похоже на рост дерева: так же укореняется в точке, где пространство особенно пропитано энергетически, растет, разворачивается в пространстве, обретая индивидуальность. В дальнейшем каждый город проходит свой путь, имеет свою судьбу, порой печально кончает забвением. Особенно чуткие к атмосфере люди начинают резонировать с духом места, их лики тоже на наших кубах.

— Кать, такой образ больших вращающихся кубов — откуда идея возникла? 

— Мне всегда было интересно работать не только с холстом, но и с самыми разными необычными материалами, объемами и плоскостями. Помню, в конце 90-х, когда я оказалась в Лондоне, то открыла там для себя новое художественное направление — «паблик-арт», — захватившее меня по итогу целиком и полностью. Тема городских пространств, которые становятся холстом, а случайные прохожие — твоими зрителями, показалась безумно увлекательной и нужной.

Екатерина Попова-Гамаюн

Возвратившись в родную Москву, я сразу стала популяризатором данного течения, реализовывала разные городские проекты, например, у меня была «Лавка мира». А сама тема кубов возникла в моем творчестве еще много лет назад на фестивале «Яркие люди». Тогда у Третьяковской галереи я рисовала на кубах портреты наших любимых классиков от Толстого до Пушкина. Так что, когда мне предложили поучаствовать в летнем фестивале, то я всегда «да», как вы понимаете.

— А как выбирались города? Исходя из личных предпочтений? 

— Я как особо заядлая путешественница обожаю ездить по стране, в последние годы маршруты, по понятным причинам, по нашим городам в основном. Золотое кольцо в первой его версии объездила все, конечно. Бывала во всех изображенных городах не раз и по кругу. Так что изучила их «лики» достаточно.

Я как художник научилась воспринимать городские и природные пространства по-своему, они для меня живые. Могут наполнять, вдохновлять, ну или, кстати, наоборот, разочаровывать. И, попадая в какой-нибудь город, я не стремлюсь сразу расставить галочки «вот здесь побывала, все достопримечательности увидела», нет. Мне важнее прочувствовать город, подышать его воздухом: чем живет, чем наполняет своих жителей, что показывает, скрывает. И здесь – да, я выбрала шесть самых ярких, на мой взгляд, городов. С секретами и особой душевной энергетикой.

— А что за секреты?

— У каждого города есть скрытый аспект, тайная жизнь. И такой секрет я постаралась «вшить» внутри куба. Каждая конструкция имеет свою секретную дверцу, которую было можно и нужно раскрыть. Ну, как яркий пример — Владимир с его официальной визитной карточкой Золотыми воротами. Они, на самом деле, исчезли еще во времена татарского нашествия и до сих пор не найдены. Секрет Ростова Великого — это, конечно, птица с человеческим ликом Гамаюн. Мне, как понимаете, она особенно откликается. Посланница тайного знания, сидящая на ветвях райского сада, увидать который суждено не всем. Или Суздаль. Его главный скрытый символ — «русский Нострадамус» монах Авель. Он был заточен в Спасо-Евфимиевом монастыре, который сегодня является чуть не главной достопримечательностью Суздаля.

— У вас же еще был недавно был проект интересный «Шедевры на лопатах», где в качестве холста  служили старые лопаты.

— Это один из моих любимых проектов — «100 портретов. Творцы на лопатах», — с которым я много где выставлялась. В июне 2024 я их показывала в «Мелихово», затем в «Царицыно», в «Мураново», в усадьбе «Воронцово», а недавно, этим буквально летом, экспонировались в тверском Ботаническом саду.

Всё случайно, кстати, началось. Просто увидела на даче ржавую лопату, но под определенным углом и нужном освещении вдруг поняла, что на меня «смотрит» лицо. В разводах ржавчины, в каких-то углублениях я «прочитала» глаза, нос, губы. Идея пришла незамедлительно. Я сразу вспомнила про великих садовников мира, украшавших все вокруг своим искусством. И первым портретом на лопате стал ландшафтный архитектор, автор королевских садов и парка Версаля, собственно, человек, который бесповоротно повлиял на мою судьбу, вдохновил творчеством на то, чтобы я пошла учиться на ландшафтного дизайнера, — Андре Ленотр. Вторым стал французский путешественник первой половины XIX века, географ и ботаник Жак Эме. Ну, и после них тема портретов на лопатах не прекращалась: Тютчев и Гоголь, Куприн, Чехов, Пушкин, Чайковский. Порой герой сам «просился» на лопату. Так появились Дмитрий Менделеев, Лев Толстой в цвете молодой листвы, Антон Чехов, который не только написал пьесу «Вишневый сад», но и создал садовый рай в «Мелихово». Собирать для меня лопаты подписались все мои друзья и знакомые, так что рабочий материал неисчерпаем.

— Ну и по планам. На что дальше смотрите? 

— Планирую и дальше развивать тему Золотого кольца. Наш проект неожиданно оказался очень своевременен и востребован. Так что в преддверии юбилея будем и дальше двигаться по городам. Еще появилась идея переработать проект и сделать из него детский конструктор-игру. Чтобы дети могли собирать кубики-образы и расписывать их, узнавая историю города. В целом эксперименты любого плана – это мое. Каждый эксперимент – бесценный опыт и новая ступенька.

Татьяна Бутурлина

Журналист

Фото: личный архив Екатерины Поповой-Гамаюн / Илья Белогуб
Источник: Клео.ру