Психотерапевт Наталья Олифирович: «Родители не в силах оградить ребенка от реалий мира»

Психотерапевт Наталья Олифирович – о сказочных персонажах, их влиянии на нашу жизнь и своей книге.

автор Катерина Кулагина

Мы встречаемся с членом Европейской ассоциации гештальт-терапии (EAGT), Европейской ассоциации психотерапии (EAP), кандидатом психологических наук, автором более 300 научных публикаций в области современной психотерапии Натальей Олифирович на очень необычном мероприятии. В ресторане «Савой», в уютном девичьем кругу состоялся паблик-ток на тему «Культурный код: ценности и особенности культуры в современном мире».  Как старинные русские традиции могут помочь людям XXI века и как повысить качество жизни, опираясь на родной культурный код? В рамках девичника, Наталья представила свою новую книгу «Сказки на кушетке», написанную в соавторстве с Геннадием Малейчуком, в которой, собственно, раскрыла логичные цепочки межу сказочными персонажами, семейной жизнью и воспитанию детей. Как выяснилось, при внешней простоте и кажущейся «прозрачности» старинных сказок, в них скрыто много невидимых, глубинных смыслов, отражающих суть человеческих отношений и последствий от их нарушений. Какие сказки лучше не читать детям на ночь, что может сказать психотерапевту ваш любимый персонаж и почему русские сказки так важны для нашей самоидентификации  – Наталья рассказала в личной беседе.

– Наталья, вы тут обмолвились, что по первому образованию химик-органик. Что в жизни случилось, что вы решили стать психотерапевтом? 

– Идею поступить на химфак в свое время активно поддержали мои родители, но я все время чувствовала, что нет, не в том месте я учусь. Порывы бросить учебу разбивались под давлением родителей, – диплом я получила.  Но параллельно, в 1985-1990-х годах я постоянно изучала тему психотерапии: открывала для себя труды Фрейда, с трепетом понимая, что прикасаюсь к  чему-то сакральному, ходила в Ленинскую библиотеку, изучая труды немногочисленных переведенных и отечественных психотерапевтов. В какой-то момент я окончательно определилась, что это и есть мой путь, прошла обучение, побывала школьным психологом, заведовала лабораторией «Психология и психотерапия семьи», была директором социально-психологической службы университета, стала писать книги…    

– Что можно узнать читателю благодаря вашей книге, если тезисно?  

– Моя книга позволяет по-новому взглянуть на знакомые всем сказочные истории и увидеть за известным сюжетом те невидимые нити, которые заставляют Аленушек спасать Иванушек, Русалочек молчать и верить, что их поймут без слов, а Золушек вкладывать силы не в себя, а в других. Посмотрите по сторонам: почти у всех нас есть такая знакомая «Золушка», «Аленушка» и «братец Иванушка», который постоянно попадает в неприятные ситуации, из которых его нужно надо спасать. Мне было интересно выявить такие логические связи, взяв сюжеты из наших любимых сказок, тех, которые нам всем читали в детстве.

Я не просто анализирую сказки, а смотрю на них через призму психотерапии. Если взглянуть на героя произведения как на клиента, то можно за историей увидеть психотерапевтические задачи.  

– Почему именно через сказки вы решили решать психологические проблемы? 

– Как говорил великий Джон Толкин: «Не отмахивайся от бабушкиных сказок, ведь только в них сберегается знание». А еще один, не менее уважаемый психоаналитик Эрик Берн выдвинул идею, что именно сказка лежит в основе всех наших жизненных сценариев. Что именно под воздействием раннего «родительского программирования» и выбора сказки, прочитанной нам на ночь, мы становимся теми, кем становимся. Когда ко мне приходят на прием новые клиенты, то я часто спрашиваю: «Кто ваш любимый сказочный персонаж? Какая любимая сказка?» Это во многом сразу расставляет акценты. Те искажения в сказке, которые человек привносит, пересказывая ее, и являются   отражением его внутриличностного конфликта. 

Наталья Олифирович. Фото: Татьяна Бутурлина / Клео.ру

Оказалось, что сказки это не только развлечение. В них нам на вербальном уровне выдаются ключики для различных жизненных ситуаций, с помощью них можно решить практически все основные психологические проблемы. Ну, например, существует категория людей, которой крайне тяжело даются любые социальные контакты, они склонны к депрессии, апатии. Казалось бы, при чем тут сказки? Оказалось, что такой персонаж, как «Русалочка», ярко иллюстрирует идею о том, во что может вылиться недостаток любви в отношениях между близкими людьми. Она пытается восполнить этот пробел в течение всей своей жизни, постоянно пребывая в ожидании «другой жизни» и чуда.   

– Какие у вас самой и ваших детей любимые сказки?  

– Ну, у меня «ребеночек» уже подрос, ему 32 годочка. Так что вместе смотрим взрослые сказки. Благо, в последнее время в кино очень много выходит семейных картин на сказочные темы: «Русский богатырь. Финист ясный сокол», «Баба Яга спасет мир» и др. Мне лично «зашел» сериал в жанре мистической фантастики «Пищеблок», – это уже современная сказка про вампиров в пионерском лагере, снятая по одноименному роману Алексея Иванова. 

– А вот скажите, есть ли сказки, которые лучше маленьким детям не читать на ночь?

– Конечно, не стоит отгораживать детей от реального мира. Все-таки постепенно ребенок должен понять, что в мире есть добро и зло, опасность и неприятности. Но нужно смотреть по самому ребенку, по тому, насколько он чувствителен и восприимчив. Кому-то только «Курочка Ряба» или «Колобок» заходит, а кому-то можно и «Спящую красавицу» в самом первом варианте прочитать – как ее представил Джамбаттиста Базиле. Не читали? Полюбопытствуйте! 

Надо понимать, что мы, как родители, не в силах оградить ребенка от реалий нашего мира. К сожалению, он столкнется и с изменами, и с потерями, и со смертью. Но именно сказки способны подготовить его ко всему этому, потому что сказка всегда содержит в себе и проблему, и способ ее решения.

И если мы хорошо понимаем сказку и тот культурный код, который в ней заложен,  то мы знаем, как выйти из той или иной сложной ситуации. Например, русская сказка «Финист – Ясный Сокол» учит девочку мудрости и установке не рубить с плеча: даже если любимого опоила какая-то царица, его можно вернуть и простить. А это важно, потому что измена – вторая причина развода среди населения. 

Фото: freepik.com

Понятно, что все сказки изначально адресованы детям и нацелены на сознательное или подсознательное. Благодаря знанию о том, что в волшебной истории почти всегда есть счастливый конец, дети учатся верить в хорошее. Но все меняется, и поэтому Машенька из сказки раньше обводила Медведя вокруг пальца, а сегодня основанный на сказке мультфильм «Маша и Медведь» триумфально шествует по всему миру и позволяет и родителям, и детям отреагировать тревогу, страх, раздражение и злость, связанную с гиперактивностью детей и таким понятным желанием взрослых упорядочить и структурировать свою жизнь

– Скажите, а есть какие-то ежедневные «сказочные» ритуалы, помогающие, например, работающей маме, жене, гармонизировать свою семейную жизнь? 

– Таких ритуалов, на самом деле, много. Но вот самый простой: проходя через входную дверь, на секунду остановиться и проговорить «я снимаю с себя личину профессионала, работника как «лягушачью шкурку» и становлюсь матерью, любящей женщиной, женой». Можно прямо постоять минутку на пороге, пока ключиком дверь открываешь и как мантру произнеси «я женщина, я мама, я жена, которая приносит в дом любовь». Вообще, маленькие ежедневные ритуалы, которые вы сами можете создать в своей семье, привносят в дом мир. Простое пожелание счастья на дорогу, объятия при встрече – важное выражение теплых чувств. Чтобы близкие не сжимались от страха, что вот вы сейчас вернетесь и во «всем разберетесь», а наоборот, ждали с нетерпением прихода своей «Василисы Премудрой».

Модный образ — виджет Клео.ру

Дизайнер Леся Лисун — о вещах с историей, свободе от классики и искусстве одеваться

Собеседница Клео.ру рассказала о новой коллекции и философии ее бренда.

автор Татьяна Бутурлина

На Московской неделе моды коллекция Lesia Lisun «Северина» была представлена как в рамках коллективного показа, так и на корнере. Дизайнер и основательница Леся Лисун комментирует, что у нее «артизанальный» бренд и все вещи выпускаются крайне ограниченным тиражом. Акцент — на натуральных, порой нетривиальных материалах и максимально ручной работе. Мы поговорили с Лесей о ее новой коллекции, о философии интеллектуального гедонизма и… мешках из-под кофейных зерен.

— Леся, вы уже, можно сказать, постоянный участник Московской недели моды. Что в этот раз представили?

— Для меня Неделя моды — всегда праздник вдохновения и подъем энергетический! Вот уже в четвертый раз я получаю шанс показать новую коллекцию — и да, показ «Северина» прошел великолепно. Я в финале на сцену вышла со слезами на глазах буквально. И не только от гордости за представленное, а больше от того, что нам дается такая возможность — показать себя в центре Москвы, такой широкой аудитории. Это действительно заряжает творить, окрыляет реально… Также я была представлена на маркете и, знаете, в этом году как никогда получала сильную обратную связь. Много новых клиентов — люди все больше проникаются уникальностью, неповторимостью своего образа, начинают стремиться совершенствовать себя через одежду, внешний вид… А так, в новой линейке я продолжила свою «генеральную линию»: авангардный крой и ручное ткачество.

— А чем вдохновлялись?

— Вдохновило наше северное деревянное зодчество: избы с такими красивыми ставнями резными, северный орнамент, стилистика. Опять же, старина — люблю такую фактуру и текстуру, когда, например, дерево старое, покрытое-перекрытое слоями краски. И оно так немного потрескалось, обнажая слои. Эта патина, мох, камни… Главные цвета — бордовые: огонь, ягода северная. Вся коллекция строилась на очень сложных оттенках, фактурах, текстурах.

— И рваных краях…

— Ну, в этом же и прослеживается стилистика бренда — деконструктивный авангард, переработанная классика, которая передается асимметрией, необработанным, незаконченным видом. Философия стиля — когда люди с большим внутренним фундаментом и философским отношением к жизни хотят иметь возможность прочувствовать свое «Я». Когда они просто не могут ходить в этой строгой, по фигуре жесткой классике. Им в этом тесно и душно. Когда требуется чувство свободы, переосмысления внутренней классики.

— А что за ткани?

— Натуральные. Я только с натуральными тканями работаю. Все, в основном, — Италия премиальная. Мне даже порой не хватает «натуральности», и я ее вручную начинаю добавлять, дополняю фактуру из разных тканей, гибридно соединяя хлопок и шелк, органзу и парчу, получая что-то в итоге неповторимое. Вот, кстати, новинки появились из кофейных мешков, в которых когда-то хранились и перевозились кофейные зерна по всему миру. Они уникальные — каждый имеет свой неповторяющийся рисунок — набивку.

— Где такое нашли?

— Через интернет, признаюсь. Увидела компанию в Уганде, которая торгует кофейными зернами. И, собственно, сделала запрос на использованные мешки. Мне показалось, что из такого материала, такой фактуры отлично получатся пальто и куртки.

— Знали бы они, на что пойдет их сырье.

— Да, собственно, никто и не спрашивал. Но, думаю, точно им в голову бы даже не пришло, что мешки окажутся на подиуме Московской недели моды. Вот на этот пиджак пошло три мешка. Видите разные набойки? Внутри — подкладка из итальянского хлопка, тактильно невероятно приятно все. На показе еще юбка к нему была.

— Можно сказать, что у вас вещи «с бэкграундом».

— Мне как-то моя клиентка, которая приобрела пиджак из домотканой старинной ткани, призналась, что по ощущениям у него «как будто старая глубокая душа». Мне это так понравилось. Действительно, каждая моя вещь — она с историей, и до того момента, как стать, например, жакетом, «пожила свою жизнь». С биографией, да.

— Леся, а у вас самой в этой коллекции есть любимая вещь?

— Вот появилось новое платье-халат. К нему я придумала совершенно новую структуру — форму кармана. Помните такое оригами японское — когда из бумаги складываешь разные фигуры: животных, птиц, цветы. И вот по этому принципу получилось создать новую форму — конверт. Еще одна фишка бренда — детали ручной работы: например, оловянные пуговицы, которые отливают вручную (они у нас еще с советских времен), и ткани с индивидуальным окрашиванием и обработкой. У бренда вообще есть вещи, которые создаю лично я, и есть тиражная история, когда мои лекала отдаются швеям. Конечно, самые интересные вещи — которые создаю я. Люблю делать арт-объекты, художественные произведения. У меня был пиджак, который я не просто покрасила, как обычно вещи красят, а еще добавила кисть. Придала ему дополнительную историю с помощью красок, и, можно сказать, что пиджак стал картиной. У меня его люди купили и такие: «Боже, в этом одинаково хочется и гулять ходить, и на стену повесить…» Вот, собственно, мой ключевой принцип: чтобы изделие было и уникальным, и с особой философией интеллектуального гедонизма и эстетического удовольствия.

— И последний вопрос — вы уже приступили к новой коллекции?

— Ой, нет… Буду отдыхать пока.

Модный образ — виджет 290 px

Татьяна Бутурлина

Журналист

Фото: все — Игорь Стражин / пресс-служба Московской недели моды / moscowfashion.ru
Источник: Клео.ру