На главную
 
 
 

Письмо библиофилам
Автор: Елена Вох / 24.05.2017

Началось всё с того, что мы с Артемом решили разъехаться. Не сошлись, короче. А он к тому же и кота нашего забрать вознамерился. Мало того, что разбил мне сердце, так еще и Шансика хапнуть собрался!

— Ты не обалдел ли, хапуга? — мрачно спросила я.

— А я рукопись тебе отдам, старющую, — ответил он. — Ты же любишь старину?

— Ну, допустим, — буркнула я. — А откуда у тебя старина?

— Нашел на блошином рынке. Там несколько страниц, но зато и правда древних. И туба прилагается.

— Ха, — ответила я. Артем разбирается в древних рукописях так же, как я в сопромате. Я двумя пальцами взяла тубу, вытащила «ветхие» свитки и глянула на первый из них.

Начала читать, чтобы вывести его на чистую воду, и… не заметила, как Артем ушел из квартиры, прихватив свои вещи и кота.

Первая страница начиналась с заголовка на палестинском диалекте арамейского языка (на инязе я училась на кафедре языков Ближнего и Среднего Востока, так что сумела его распознать) — «СУД». И чуть ниже, помельче: «Речь».

И далее — совсем мелко. Буквы расплывались, будто расплющивались на истертых свитках. Этот диалект не входил в область моей научной подготовки, так что разобрать весь текст я едва ли смогла бы. Но тут закорючки вдруг замерцали и начали преображаться в знакомые буквы английского:

«Хорошо, если спрашиваете — расскажу. Дело было так: обложили нас со всех сторон.

То есть мы-то не представляли для властей особого интереса. Главным для них было схватить и прилюдно наказать учителя — за его речи.

И зеваки в городе болтали, что скоро церковники снова попытаются его арестовать. Им, зевакам, было интересно: как тогда поступит учитель, как сумеет себя защитить? А в том-то и дело, что никак! Потому что в первую очередь будет думать о том, как защитить всех нас.

И значит, кто-то должен защитить его.

Он-то нам что говорил? Чаще всего мне? Что все в итоге будет хорошо, а пока и вовсе не о чем переживать и нечего загадывать. Думать надо о «сейчас» и радоваться сегодняшнему дню, ведь это все, что у нас есть. А завтра нам не дано еще объять и постигнуть, и поэтому любое беспокойство — дело пустое и даже вредное для души.

У него получалось гладко, но только я все равно не мог понять: как же не беспокоиться? Если его уже дважды пытались арестовать, и только чудом он в последний момент ускользал! Я оба раза просил его бежать из города, но он отказывался. Если бежать со всеми, все равно получится толпа и привлечет внимание, может, даже будет задержана у ворот. А оставлять друзей он не хотел.

Вот я и начал думать, как избежать третьей попытки ареста — не факт ведь, что снова так повезет. Уже всю голову сломал, и все в одиночку — от других-то помощи не дождешься. Они легко, как дети, поверили, что все будет хорошо. И вообще ходили в последнее время точно хмельные, чуть ли не распевая песни во все горло и позабыв о всякой осторожности...

В общем, в итоге надумал я вот что: выдать властям какого-нибудь пропойцу или калеку, которому все равно уже нечего терять, а так хоть на что-то полезное пригодится. И, может, даже войдет в историю — потом, когда все очухаются, разберутся и поймут, с каким удивительным учителем им повезло жить в одно время.

И за пару дней поисков я сумел-таки найти кого нужно. Мало того, что бездомный, так еще и дурачок! То есть не совсем дурачок, а так, малость отсталый. Говорит и все прочее, но все слова и суждения — на уровне десятилетнего, а самому лет под тридцать. В общем, большой одинокий ребенок, живущий на улице на подачки сердобольных горожан. Просто подарок судьбы, даже на суде ни о чем не станет спорить. И поэтому его даже не убьют — просто посмеются и отпустят. Скажут народу: и вот кого вы слушали! Народ плюнет и разойдется, и толпа наконец от нас отстанет, и мы сможем затаиться и залечь на дно хотя бы на пару-тройку лет. Может, при этом и половина учеников разбежится, но это и к лучшему: меньше внимания… В общем, план был хорош, с какой стороны ни глянь. Оставался главный вопрос: как бы его осуществить?

Сманить дурачка оказалось проще простого: я ему дал пару серебряников и показал еще два — дам, мол, если пойдешь за мной. Он и пошел, послушно, как телок, даже без веревочки. Учителю я сказал, что это мой дальний родственник, а остальные и вовсе не спросили. Их и так уже набралась целая толпа, так что одним больше, одним меньше — без разницы.

Нет, учителю я о своем плане ничего не сказал. Я, хоть и говорю «учитель», но так он парень был еще молодой, даже младше меня. И он такой ведь парень, что нипочем бы на это не согласился.

Что? А, деньги я взял, чтобы они, церковники, поверили. Что все всерьез. Деньги-то что, тьфу на них.

Нет, учителю я о своем плане ничего не сказал. Я, хоть и говорю «учитель», но так он парень был еще молодой, даже младше меня. И он такой ведь парень, что нипочем бы на это не согласился.

Тут возникал другой моральный вопрос — дурачок, хоть и человек пропащий, а все-таки живая душа. А власти, я чуял, что-то серьезное задумали, даже не просто прилюдную порку. Как бы и до казни не дошло. А выдавать живого человека на казнь — грех, как ни крути, и идет вразрез с учением учителя. Я долго сомневался и все же решился взять на себя этот грех. Да, иногда приходится выбирать: или сохранить себя в чистоте, или сохранить кое-что намного более дорогое. А точнее, кое-кого.

Однако дело сразу же пошло наперекосяк. Например, еще до праздничного ужина учитель взял и исцелил моего дурачка. Сюрприз! С ним так бывает, когда он в ударе. И глазом не успеешь моргнуть, как какой-нибудь недавний паралитик скачет, будто горный баран. Вот только дурачков до сей поры учителю еще не удавалось излечить. Сумасшедших — пожалуйста, а отсталых — нет. А тут вдруг бац — и бывший дурак болтает с бывшим мытарем, самым книжным из нас (не считая, конечно, учителя). И лицо уже такое умное. А учитель смотрит на них и улыбается.

Меня аж зло взяло. Потому что дело уже не переиграешь, маховик-то запущен. С досады я поспорил с учителем — если честно, просто придрался к пустяку — и ушел, не доев, будто обидевшись.

Ушел в полном сумбуре и смятении. Потому что одно дело — сдать дурачка. И совсем другое — человека, получившего надежду на новую жизнь.

Но, во-первых, поздно отступать: церковники уже знают место нашего укрытия, а солдаты готовы и ждут. Значит, на кого-то нужно будет указать. Не на друзей же? И во-вторых, бродяга, даже поумнев, и в подметки не годится учителю — так что церковники наверняка его отпустят, лишь посмеявшись. А вынести несколько минут позора ради такого учителя, как наш, — разве не честь для недавнего дурачка?..

Короче, привел я стражников в сад. Собирался показать им на бездомного. Учитель должен был молиться вдали от всех, как обычно делал после ужина.

Прихожу я, значит, в сад (солдаты следуют на удалении), а учитель встает мне навстречу и улыбается. Мягко, печально и с пониманием. Понял, стало быть, мой замысел, догадался, почему я так рано ушел с ужина. И успел уже помолиться, а теперь просто ждал нас. Наверно, это и была самая страшная минута в моей жизни.

И вот стою я теперь столбом, и стражники невдалеке ждут, с возрастающим нетерпением — я слышу по голосам. И ученики уже с удивлением смотрят на нас, чего это мы все стоим, даже трезветь начали от своего благодушного веселья, бывший дурачок, наоборот, сладко спит, растянувшись на траве за спиной учителя. А учитель стоит совсем рядом, и смотрит на меня блестящими глазами — как будто прощается и хочет еще что-то сказать, а я никак не могу понять, что.

Может, что все будет хорошо, надо лишь немного подождать? Но, с другой стороны, как ТЕПЕРЬ-то все будет хорошо?

— Что задумал сделать, — говорит меж тем учитель, — делай быстрее.

Это было окончательное слово. И в то же время просьба. Он никогда ничего не требовал, только просил. Даже когда собрался вдруг помыть всем нам ноги перед ужином — и то попросил разрешения.

А теперь вот попросил вот это. Не согласен, значит, чтобы за него пострадал кто-то другой. И пойдет на всё, чтобы защитить нас.

И я поцеловал его — от тоски и чувства неизбежности. И еще от того, что никогда не умел отвечать отказом на его просьбы.

Дальше не буду всё пересказывать, тяжело. Все эти пытки и плевки. Что? Ну да, я ходил еще раз к церковникам. Просил, чтобы вмешались. Чтобы не допустили казни. Говорил, что учитель уже и так наказан. Что он ни в чем не виновен, и уж менее всего в богохульстве. Он ведь вообще никогда никого не оскорблял, ни одного человека — даже врагов — а Бога тем более... А они? А что они? Даже говорить со мной на стали. Что я для них — мелкая сошка, разотрут и не заметят.

Главный сказал только: «Нам что за дело, ты сам думай». Да и вытолкали меня взашей. Эх, как мне захотелось тогда бросить в лицо главному этот кошель с серебром! До дрожи, до белых пятен в глазах, до слез. Но сообразил я это сделать лишь когда оказался за воротами. Ну и рассыпал там все серебро, зачем оно мне теперь. Ни для побега, ни для Египта — ни для чего мне не нужны были больше деньги.

Как вообще после такого оставаться жить? Ну я и сделал то, что сделал. Не хотел переживать этот день. И мне теперь даже все равно, что вы насчет меня решите, что подумают люди. Прежде чем осудить меня, спросите-ка себя кое о чем. Вот вы не сделали бы все, что могли, даже ценой обмана, чтобы спасти от страшной смерти такого человека, как учитель? Не сделали бы все в пределах собственных возможностей и разумения?

Другое дело, что разумения-то у меня оказалось с гулькин нос. Как и веры в него.

Нет, я не раскаиваюсь в том, что собирался подставить бездомного. Я же сказал, что решился взять на себя этот грех. Я жалею о другом — что не поверил словам учителя. О том, что всё образуется, стоит лишь подождать. И жалею, что не дождался. Я только теперь понял, что в рай не войдешь, если сам себя туда не пропустишь. И еще, что ад там, где нет его».

На этом текст заканчивался, а других свитков в тубе не оказалось. И я так и не узнала, есть ли у рассказа продолжение. Собственно, потому и пишу это письмо. Может, у кого-то из вас, библиофилы, хранятся недостающие страницы, и вы бы мне рассказали, что было дальше?

Даже не знаю, почему для меня это так важно. Но вдруг кто-то из вас знает, каким стал вердикт Суда?



 

Ваше мнение 16  

Оставить комментарий
  • клеочанка / 2 июн 2017
    С победой заслуженной.
  • ПОЗДРАВЛЯЮ!!! И жду следующего рассказа, про "молодо-зелено".
  • Ivushkina (г. Киев) / 1 июн 2017
    Рада Вашей победе! Жду новых встреч с Вашими рассказами.
  • Нина / 1 июн 2017
    Поздравляю, что вообще в победителях оказались! Хотя по баллам не было шансов. Моя б воля, отдала бы 1е место вам, а 2е Сидорову.
  • "..в рай не войдешь, если сам себя туда не пропустишь. ... ад там, где нет его». Со вчерашнего дня хожу и повторяю себе под нос эти слова. Я потрясена. Иисус и Иуда? То что в свитках, это на самом деле в свитках поняла я, но после отзыва Нины стало ясно, что от Автора. Здорово! Плюсище (поставила ещё вчера, но поскольку не было ни одного отзыва тоже не стала писать, смалодушничала, простите). Буду ждать Вашего следующего рассказа. Этот, явно, победитель.
    • Елена Вох / 25 мая 2017
      Спасибо, Dear! Да, так:) Не думаю, что победитель, но очень приятна Ваша высокая оценка:)
  • Ия (Kingston) / 24 мая 2017
    Молодца !
  • Елена Вох / 24 мая 2017
    Большое спасибо, Нина, за Ваш добрый отзыв:)
    • Елена, прочитала еще раз. Понравилось еще сильнее. Более того, сижу и подозреваю, что не может быть на любительском конкурсе такого рассказа... То ли дурят меня: стырили идею у к.л. известного автора, а я, темная женщина, его не читала, не могу распознать подвох. Точно 100% ваше? Без плагиата совсем? Настолько рассказ выделяется, что не верится.
      • Елена Вох / 29 мая 2017
        Нина, Ваши слова для меня самая лучшая оценка и награда:) Я раньше тут писала ("Красная кофточка" Снусмумрик, например, мое). Зашла после долгого перерыва, увидела тему - и захотелось что-то снова написать. И в итоге написалось уже под конец месяца - и как-то на одном духе за полдня:) Честное слово, мое!:)
  • Потрясающе на самом деле. Даже не верится, что такой по глубине рассказ, мастерски выстроенный и выписанный, попал на Клео. Боюсь, останется не шибко замеченным, обычно другое тут вызывает восторги.
Оставить комментарий
 

Что не так с этим комментарием ?

Оффтопик

Нецензурная брань или оскорбления

Спам или реклама

Ссылка на другой ресурс

Дубликат

Другое (укажите ниже)

OK
Информация о комментарии отправлена модератору