Бывает, что удача уходит от нас, громко хлопнув при этом дверью. Но стоит чуть-чуть изменить свою жизнь и она возвращается. Кира решилась на перемены, и, решив квартирный вопрос, вместе с новым домом она обрела потерянную удачу и любовь.

Я потеряла свой «Паркер»…

Купила я ручку еще в начале студенчества, сэкономив на бутербродах, и сразу «Паркер» стал моим Талисманом.
На следующий день после потери, телефон в моей съемной квартире зазвонил, чтобы передать пренеприятнейшее известие: квартирная хозяйка скончалась, и наследники хотят имущество продать. Квартиру я снимала за очень маленькие деньги в удобном районе. Понятно, что подобный вариант мне больше не случится.

Я углубилась в поиски до такой степени, что забросила работу. Не увидев меня на ежедневной планерке, шеф устроил мне разнос, а вечером того же дня закончилось скандалом мое свидание.

Я поехала плакаться маме. Разговор я начала с МХАТовским драматизмом:
– Мама, жизнь катится под откос стремительным паровозом!

И стала объяснять, что мне жить негде. Мне надоели съемные квартиры. Я устала носиться с узлами по всей Москве. Я, в конце концов, коренная, такая коренная, что Юрий Долгорукий по сравнению со мной – лимита…

Я так увлеклась, что даже не заметила, как вошел папа. Когда я иссякла, мама развела руками:
– Ну, кто же тебя отсюда-то гонит?
– Мам, мы же через три дня начнем друг в друга сковородками бросаться…

Тут вмешался папа.
– Я полагаю, квартиру надо разменивать.

Мы решили воспользоваться альтернативной покупкой. В теории все красиво: продаем свою квартиру, и на вырученные деньги покупаем две других. Но на практике оказалось, что один список необходимых для продажи квартиры документов выглядит устрашающе: БТИ, экспликация… Некоторые справки, оказывается, имеют срок годности. То есть сначала надо искать покупателя, а потом метаться по учреждениям… После этого можно искать квартиры для себя. А если покупатель не захочет ждать, пока мы найдем себе подходящие варианты?
В конце концов, мы решили доверить дело профессионалам. Я поспрашала знакомых, полазила в Интернете, почитала рекламу и составила себе список из трех агентств.

В офисе первого по списку агентства было уютно. За столом сидела немолодая женщина с ярко подведенными тонкими губами.
– Все мне понятно, – заявила она, едва я заикнулась об альтернативной продаже. – Имейте в виду, дело это хлопотное, небыстрое и дорогое. Вот договор, ознакомьтесь, там все написано.

Я вяло листала страницы договора, пока не вспомнила спасительную фразу про «мне надо подумать». Услышав ее, риелтерша дернула плечом, сказала:
– Как угодно, всего доброго. – И углубилась в чтение какого-то документа.

Сюда я не вернусь.

Когда я ехала в следующее агентство, у меня в голове крутилась мелодия из фильма «Мио, мой Мио…» – ласковая, но печальная. Потом я сообразила, что агентство, куда я направляюсь, называется МИАН. Гм, МИАН, мой МИАН…

В МИАНе мне представили Андрея Анатольевича, высокого брюнета в потрясающем бежевом костюме. Он сразу спросил о моих нуждах. Я начала говорить, а Андрей Анатольевич внимательно слушал…

– Я отлично понимаю ваши терзания, – сказал он. – И со всей ответственностью заявляю: совершенно реально устроить так, чтобы все были довольны. Конечно, выстроить цепочку продавцов и покупателей за один день не получится. Действовать начнем с того, что наши специалисты оценят вашу квартиру. Уже сейчас среди клиентов нашего агентства вполне могут найтись люди, которые она подойдет. И мне нужно четко представлять себе ваши пожелания. Наверняка в нашей базе найдется что-нибудь похожее. Собирать документы для продажи квартиры вы будете сами или поручите мне?
– А можно?
– Конечно. Нотариальная доверенность – и вы можете забыть про бюрократические коридоры.

На следующий же день я повезла в МИАН родителей.
– Изложите ваши пожелания, пожалуйста, – попросил Андрей Анатольевич.

Отец расслабленно откинулся на спинку кресла и начал излагать: подешевле, с ремонтом, большой лоджией, просторной кухней, высокими потолками, не смежными комнатами, район, однозначно, прежний — «Аэропорт»… Мама не согласилась: потолки ей высоченные совершенно ни к чему, равно как и лоджия, смежные комнаты – это совсем неплохо. И ремонт она сама собирается в новой квартире делать.

Андрей Анатольевич все внимательно выслушал и обратился ко мне:
– Ну, Кира Николаевна, какие у вас требования к жилью?
– Чтобы было, – быстро ответила я.
– Понимаю, – кивнул Андрей Анатольевич. И стал задавать вопросы. Уже через 20 минут обрисовался образ квартиры моей мечты. Мы подписали договор.

Примерно через две недели Андрей Анатольевич сообщил, что нашелся возможный покупатель на нашу квартиру и несколько вариантов для меня.

Увидев покупателя родительской квартиры – лысого коротышку в старомодной шляпе, с каким-то управдомовским портфелем и кислым выражением лица – я сразу подумала, что он ничего не купит. Но тут подоспел Андрей Анатольевич, подхватил коротышку вихрем своего энтузиазма. Не знаю, что он говорил, но через 2 дня мы подписали договор аванса.

Я отправилась смотреть свои варианты.

В первой квартире подтекали краны.
– Со слесарями проблемы были, есть и останутся, – сказал Андрей Анатольевич, и я решила, что этот вариант мне не подходит.

По второму адресу все было замечательно, но Андрей Анатольевич нашел балкон слишком маленьким.
– Это же здорово, покурить там впятером, сплотив ряды, – заканючила я.
– Пятерых он не выдержит, – ответил Андрей Анатольевич. – Сейчас на «Войковскую» подъедем.
– Вы, наверно, хотите, чтобы я осталась без квартиры!
– Я хочу, чтобы вы были абсолютно счастливы в вашем новом доме.

В третьей квартире царил жуткий беспорядок, кафель был покрыт толстым слоем жира и грязи… Но Андрей Анатольевич деловито осмотрелся, провел меня по всем углам, предложил выйти на балкон. Я стояла там, глядя на уютный дворик, представляла новую обстановку и цветы на подоконниках. И что-то нежно царапнуло мне сердце.
– Кафель на кухне, конечно, придется отмывать, – сказал Андрей Анатольевич. – Но в целом это отличный вариант.

Я улыбнулась и почувствовала, что начинаю быть «абсолютно счастливой».

Свою двухкомнатную родители смотрели без меня. Вернувшись вечером с работы, я увидела их обалдевшие лица.
– Ты не поверишь! Иван Никанорович продает свою двухкомнатную, уезжает к дочери в Германию. Если б не МИАН, и не узнали бы вовремя…

Вот так вот все и срослось. Оставалось только подписать документы о купле-продаже. Но меня ожидали еще целых два сюрприза.

Когда мы приехали в МИАН, то обнаружили, что не взяли с собой ничего пишущего. Андрей Анатольевич протянул нам ручку. До боли знакомую.
– Это у вас «Паркер»? – глупо улыбаясь, спросила я.
– Это? Даже не знаю… Нашел уж больше месяца назад.
– Где?

Андрей Анатольевич задумался.
– Ну да! Заходил к приятелю и подобрал перед подъездом… Это вы потеряли?
– Если ваш приятель у метро «Тушинская» живет, то, наверное, да…

Когда я коснулась ручки, по всему телу прошла теплая приятная волна. Мой «Паркер» нашелся…
– Простите за небольшую заминку, – сказал Андрей Анатольевич. – Документы сейчас принесут.

Только он это сказал, в кабинет вошел молодой мужчина. И я опять глупо заулыбалась. Потому что это был Сережа. Четыре года назад по глупой молодости мы расстались. Сожаления я гнала прочь. Но вспоминала часто.
– Я очень надеялся, что ты одна в Москве Кира Николаевна Капустина, – сказал Сережа. – Мечты сбываются.

…Иметь собственную квартиру приятно. А делить ее с родным, близким, любимым – втройне. На меня накатила такая эйфория! Я пахала, как семь коней. Шеф специально для меня создал место второго своего заместителя, дав понять, что, продолжая в том же духе, я рискую занять место первого.

Теперь я знаю — полоса удачи существует. Одно счастливое звено неминуемо притягивает к себе другие, недостающие. Вся философия заключается, наверное, в том, чтобы найти правильного посредника. Медиума, если хотите, между тобой и высшими энергетическими потоками.

«Паркер» я теперь не ношу с собой. Он надежно лежит на моем домашнем письменном столе. Не то, чтобы я боюсь его потерять, моего счастья теперь ничто не разрушит. А так – на всякий случай…

Узнать подробнее о сборнике «Впустите кошку» вы можете здесь.