Предыдущие мои рассказы в основном все были о тяготах балетной жизни, о нелегком труде, лишениях, сомоограничениях, жесткой дисциплине и суровых гастролях. Есть в наших балетных кругах такая поговорка, нами же и придуманная: «Тяжела и неказиста жизнь балетного артиста». От раза к разу краски в моих сочинениях сгущались, и хоть пиши теперь сценарий к фильму в жанре хоррор: «Балерина в большом городе. Остаться в живых». Поэтому не лишним будет показать другую сторону профессии и объяснить, за что же мы — танцовщики — любим свою работу и почему же, несмотря на все сложности, не бросаем балет.
Ответ простой — мы любим танцевать! Всей душой, всем телом мы преданы нашему любимому искусству! Ничто, никакой фитнес не заменит нам удовольствия от работы в балетном классе, когда мышцы ноют, пот льет градом, но ты идешь после репетиции и понимаешь: сегодня ты смог сделать что-то еще, ты преодолел себя и свое «не могу», ты сделал даже больше, чем от тебя ждали, и получил от этого такой кайф, что и тело и душа удовлетворенно потирают руки, и чувство собственного достоинства и значимости растет в недрах сознания. Ты знаешь, что ты молодец, ты поработал, ты стал лучше. И это не только физическое самосовершенствование себя, каждодневный тренинг и стройная фигура, которой многие завидуют. Это еще и познание своего внутреннего «я», своей душевной стройности. Когда работаешь над новой ролью, раскрываешь в самом себе неизведанные ранее глубины. У нас, у артистов, есть уникальная возможность официально претворяться кем-то другим на сцене, параллельно раскрывая потенциал своего внутреннего богатства. В танце можно выразить даже больше, чем словом, ведь тело — оно очень «говорящее». Передать ощущения, которые испытывает артист на сцене, трудно, тем более что у каждого они свои. Но в целом это то чувство, когда понимаешь, что можешь делать нечто прекрасное и неподвластное каждому. На тебя смотрят тысячи глаз, ты — центр внимания. Когда заканчиваешь танцевать вариацию (сольное исполнение танца) и замираешь в финальной позе, всегда есть несколько секунд между тем, как смолкла музыка и раздались аплодисменты. Вот эти несколько секунд — самые трепетные. Понравился ли ты зрителю, искренние их овации или это просто дань традиции — хлопать в ладоши после того, как артист закончил танцевать. По характеру аплодисментов всегда можно определить, как ты станцевал — удачно или не очень. Кстати, оказавшись в театре, может показаться, что аплодируют всегда и всем. Но это не всегда показатель того, что артист действительно достоин получить свою долю оваций. Есть такие люди — клакеры, которых нанимают, чтобы они аплодировали определенному артисту и таким образом «заводили» зал. Традиция нанимать клакеров существует с давних времен и еще не искоренена до конца. Просто нынче уже нет необходимости им платить, т.к. можно пригласить на свой спектакль достаточное количество близких и друзей, чтобы они обеспечили овации. А вот в XIX веке артистам императорских театров, например, присутствие клакеров очень помогало поднять рейтинг.
Была я как-то на «Жизели» в Большом театре, и вот там присутствие «подсадных уток» чувствовалось как нельзя лучше. Светлана Захарова, танцевавшая Жизель, была вне конкуренции. Аплодируя ей, я лично отбила свои ладоши до красноты — так искренне старалась. А вот что касается вторых партий, то там составчик подкачал и был откровенно слабоват. Смущало это как будто только меня, т.к. зал рукоплескал и им. Танцовщик станцевал всю вариацию так себе, ну а в конце скрутил три пируэта, и зал забился в экстазе от восторга. На самом деле три пируэта — это не высший пилотаж. Это работа танцовщика, который просто обязан уметь их делать. Вот тут я и убедилась, что клакеры еще существуют и активно работают.
Так вот, возвращаясь к теме. В случае удачно станцованного спектакля у артиста появляется чувство невероятной эйфории, которое ничем не подменить. Цветы, овации, хвалебные рецензии — это тоже очень приятный бонус профессии. Опять-таки если ты хороший артист, тебя начинают приглашать участвовать в интересных мероприятиях, новых постановках. Таким образом, ты расширяешь свой кругозор и обретаешь бесценный опыт.
Наша жизнь сложная, но зато яркая и насыщенная! Сколько мы путешествуем, сколько разных стран посещаем! И хоть не всегда удается насладиться пребыванием в стране в полной мере, но основное увидеть все же удается. Потом на гастролях мы живем не как туристы, а буквально внедряемся в жизнь страны изнутри. Ходим в магазины не только за шмотками, но и стоим в очередях за продуктами. Знакомимся с местными, ходим к ним в гости, обмениваемся привычками и традициями. Это прекрасная практика иностранного языка. Мы узнаем, что они думают о нас, о русских. И можно только удивляться, что несмотря на все СМИ у некоторых не столичных жителей Россия до сих пор ассоциируется с медведями, шапками-ушанками, икрой и водкой. Мне лично довелось объяснять одному поляку, что медведи у нас по улицам уже давно не ходят, что икра — удовольствие дорогое и ложками ее мало кто хлебает, что шапка-ушанка давно превратилась в сувенир для туристов и водку мы, русские, пьем исключительно по праздникам (ну захотелось мне поддержать нашу нацию). С медведями и икрой мой поляк смирился, а вот насчет водки вынес вердикт, что, мол, может, мы и пьем водку только по праздникам, да праздник у нас каждый день! И тут я не могла ему возразить, т.к. на тот момент наша труппа отмечала третий день подряд премьеры, и уборщицы удивленно выбрасывали из номеров бутылки, в которых живописно тлели свечные огарки. Мы же романтики, а какой праздник без свечей! Кстати, еще один плюс нашей профессии — быстрый метаболизм и умение в короткие сроки брать себя в руки. Как бы хорошо ни было накануне и насколько плохо бы ни было потом с утра, к спектаклю артист успевает взбодриться и отдается во власть танца с еще большим рвением. Так что веселиться мы тоже умеем и любим. А благодаря выносливости успеваем очень многое. И спектакль отработать, и по городу погулять, и в ночной клуб заскочить. Нам никогда не бывает скучно, ведь рядом всегда веселая компания и люди, полные энтузиазма. А еще мы любим хорошо и вкусно поесть. Диета нам фактически не нужна, ведь каждодневные репетиции просто не оставляют калориям шансов. Хоть наша профессия и трудна, но в ней есть свои безоговорочные плюсы. А главное, выходя на сцену, мы чувствуем себя в своей стихии, и чувство эйфории, которое на нас накатывает, рождает определенную форму зависимости — зависимости от сцены! Поэтому многим из нас так трудно «соскочить» и хочется танцевать и быть в форме как можно дольше.
