Один из спикеров конференции «Философия в ответе» (16+), Владимир Нишуков, своим примером доказывает, что работа в архитектурном бюро и свободное творчество – совместимые понятия. Главное – найти баланс между рутиной и полетом.

Владимир Нишуков – руководитель коммуникационного агентства «Паблик», сооснователь бюро графического дизайна Archpoint.Design, преподаватель философского факультета МГУ.

– Во время учебы в аспирантуре по направлению философии вы устроились на позицию PR-менеджера в архитектурное бюро. Почему вас заинтересовала архитектура? Какую связь с философией вы обнаружили, работая в сфере, максимально ориентированной на практику?

– Можно сказать, что в архитектуру я попал случайно. До позиции PR-специалиста в архитектурном бюро, я занимался продвижением ландшафтной компании, и поэтому хорошо знал систему профильных медиа в области архитектуры и урбанистики, тогда была как раз эпоха расцвета городских СМИ.

Изначально я не думал о том, как совмещать работу в сфере архитектуры со своим философским бэкграундом. Архитектурный пиар имеет свою рутину – организация съемок, подготовка релизов, заявки на конкурсы, участие в выставках: пока ей занимаешься, времени на рефлексию особенно нет. К тому же, архитекторы – это достаточно светское сообщество: помимо рутины пиарщик регулярно посещает вечерние мероприятия.

И все же в какой-то момент я обнаружил, что профессия архитектора – одна из самых философствующих. Например, целое направление в архитектуре, деконструктивизм, вдохновлено идеями французского философа-постструктуралиста Жака Деррида. Другой пример: «бумажная архитектура» – абсолютно философский жанр архитектурного творчества, иначе – конструирование объектов, которые не будут построены.

– Одной из ваших первых масштабных задач стало участие в фестивале «Архстояние» в Никола-Ленивце. Чем именно вы там занимались?

– Участие в фестивале «Архстояние» (16+) – как мне кажется, потрясающая возможность для архитектурных бюро, особенно с точки зрения профессионального пиара. Ведь здесь реализуются не утилитарные, а «бумажные» проекты, которые проходят строгий кураторский отбор – такое сегодня редко встречается. Мой первый год работы в архитектурном бюро совпал с его дебютом на «Архстоянии» (16+). Тогда я занимался исключительно PR-задачами.

В следующем году наш с коллегами проект для фестиваля стал одним из его хитов: «Убежище G-500» (он же закопанный «Гелендваген»). На этот раз я принял более деятельное участие, мне даже пришлось руководить стройкой. Идея заключалась в том, чтобы сделать из закопанного внедорожника бункер.

Впоследствии я подготовил текст для подачи «Убежища G-500» на премию современного искусства «Инновация». Это, пожалуй, самый распространенный пример пересечения философии и современного искусства: когда философа просят сделать описание к арт-объекту или художественный манифест для выставки. Тут главное, чтобы философа не заносило, и текст не создавался ради текста.

– Как вы стали «корпоративным философом» архитектурного бюро?

– В шутку опубликовав статус в соцсети. Значительно позже я узнал, что такая должность существует в западных странах, с английского ее можно перевести как «главный по философским делам».

Именно участвуя в фестивале в Никола-Ленивце, я осознал свою тягу к философствованию в архитектуре. Не все предложенные проекты имели одинаковый успех. Например, концепция объекта «Кенотаф» – деревянного макета Мавзолея с чучелом Зимы посередине – была отклонена организаторами конкурса как слишком прямолинейный жест. Зато с последним арт-объектом для «Архстояния» (16+) – «Исправительным учреждением» в виде зеркального, инвертированного паноптикума – бюро попало в точку, мы даже получили за него архитектурную премию.

Для презентации проекта мы с коллегами выпустили целую газету «Паноптикум Стадиз» – где архитекторы, философы, кураторы и художники фестиваля высказывались на важные темы, такие как творчество и свобода. Паноптикум для «Архстояния» (16+) – пример плодотворного, успешного сотрудничества философии и архитектуры, это очень хрупкий баланс.

– Продолжите фразу: Философия и прикладное искусство (дизайн, в широком смысле этого слова) могут быть полезны друг другу…

– Дизайнеру, как и любому другому профессионалу, важно задумываться о смысле своей работы – философия дает для этого прекрасный инструментарий. Вы любите что-то анализировать? А ведь метод анализа некогда придумали философы. Эргономика, которая так важна в дизайне, сильно влияет на людей, их биомеханику, гигиенические привычки, образ жизни, заботу о себе в самом широком смысле слова. Звучит очевидно, но все это составляет критически важные моменты для эмансипации или, наоборот, закрепощения человека, как, например, в оптике Мишеля Фуко.

Задумывались ли вы, как «ИКЕА» повлияла на жизнь современного россиянина? Смешной, но вполне философский вопрос: жаль, что об этом до сих пор никто не написал.

Конференция «Философия в ответе» (16+), организованная философским клубом Quercus и Еврейским музеем и центром толерантности, прошла в Москве с 20 по 23 ноября. Подробности мероприятия можно узнать на сайте клуба.