На прошедшей недавно громкой премьере киноромана «Хроники русской революции», режиссером которого выступил Андрей Кончаловский, безусловной звездой Красной дорожки вновь стал журналист, шоумен, телеведущий Дмитрий Дибров. В отличие от известных актеров, которые лишь вскользь попозировали перед камерами, 65-летний Дмитрий не только с удовольствием пообщался с журналистами, но и вывел в свет своего 15-летнего сына Александра. Не скрывая гордости, Дибров дал комментарии по поводу его будущего и особо отметил глубокие познания Саши в музыке.  

– Дмитрий, насколько вам кажется, назрела тема Октябрьской революции?  

– История, как нам всем известно, циклична. Биофизик Чижевский вообще считал, что цикл в истории 11 лет, за что, собственно, и поплатился 8 годами сталинских лагерей. Венцом его исследований стала монография «Земля в объятьях Солнца», где он предложил, что все процессы, происходящие на Земле, в том числе и в нашем обществе, сильно зависят от процессов, происходящих на Солнце. Так вот я хочу спросить: какая сейчас у нас часть цикла солнца? Вот и посмотрим… 

– Вы сегодня пришли с сыном-подростком. Думаете, ему будет картина понятна и интересна?  

– Это мой сын Александр, которого назвали в честь моего отца. И фамилия у него Дибров. Думаю, что он уже довольно взрослый, чтобы понять те исторические процессы, которые раскрываются в сериале. Вообще, чтобы вам стало понятно, насколько Саша опережает папу в управлении тем, что называется информационными процессами, приведу пример. Многие знают, что я битломан, причем самый патентованный битломан телевидения. Но я далеко позади Саши. Вот назовите любую песню The Beatles, и Саша мгновенно выдаст, из какого она альбома, какого года и на какой студии записана. Даже на какой стороне была запись… 

– Откуда такая прокачка?

– Ну, душа у него к этому лежит, как и у меня. А еще говорит, что собирается по стопам отца идти – в журналистику. Но в целом, если вы думаете, что Саша у «Христа за пазухой» сидит, ошибаетесь. Сын должен четко понимать, как себя вести, что говорить, где помолчать.

Мы молчим, мы Дибровы. Всем можно, нам нельзя. Ты можешь наставить рога, разорить гнездо, ты можешь облысеть, как фасоль. Но будут показывать при этом Диброва! А остальные – фасоль! Саша должен это знать.

– Дмитрий, а сын вас со своими девушками уже, может, знакомит? Вы даете ему советы личного плана? 

– Кто бы мне самому давал советы. Нет, пока Александр не спешит знакомить меня со своими подругами, но я и так всех знаю, это дети наших общих знакомых и друзей. Мы ведь все живем на Рублевке. Но я вообще предпочитаю не вмешивается в его личную жизнь, давать какие-то советы по этому поводу бессмысленно. Каждый должен пройти свой путь самостоятельно.

– Ну, а вас самого на свидания зовут?  

– Невозможно меня пригласить на свидание. Ну, вот как? У меня сын сейчас из школы придет, а я на свидание попрусь? И что я на этом свидании услышу? Скажу так: первые 30 лет это, может, и интересно было, но теперь у меня вон, младший Дибров. Пусть он и ходит…