Роман Костомаров: «Что бы ни случилось у тебя в жизни, никогда не сдавайся»

Роман Костомаров – о том, что невозможное возможно, о "нейтральном статусе" наших спортсменов и любимых городах России.

автор Катерина Кулагина

28 сентября, когда во всем мире отмечается Международный день глухих, в Москве на Поклонной горе состоялся благотворительный «Добрый забег». Присоединиться к этому благородному событию решили в этот день более 400 тысяч человек со всей страны, в том числе и наши звезды спорта, театра и кино.

Одним из главных звездных участников стал олимпийский чемпион в танцах на льду и амбассадор благотворительной программы ДоброFON Роман Костомаров. Вместе со своей супругой – фигуристкой, чемпионкой мира и Европы, бронзовым призером Олимпийских игр Оксаной Домниной – он в этот раз был мотиватором, открывшим марафон добра. 

Напомним, что Роман дважды брал золото чемпионата мира и трижды становился чемпионом Европы, а в январе 2023 попал в реанимацию с пневмонией, которая привела к ампутации обеих стоп и кистей рук. Шанс выжить в такой ситуации составлял 2%, но произошло настоящее чудо: Костомаров не только выжил, но и за рекордное время смог вернуться на лед. Сейчас Роман старается наслаждаться каждым днем, участвует в телевизионных и благотворительных проектах, находит вдохновение в своей семье и путешествует, а к фигурному катанию относится скорее как к хобби. 

– Скажите, насколько важно для вас участвовать в таких благотворительных мероприятиях? 

– Конечно, надо поддерживать – это очень важно: делаем добро вместе! Это же не просто забег, а возможность привлечь внимание общества к проблемам глухих и слабослышащих детей. Для меня лично важным событием стало вручение чека от ДоброFON на сумму 3 миллиона рублей в поддержку организации «Я тебя слышу», которая помогает детям адаптироваться и даже вернуть слух и возможность говорить. А в общей сложности на забеге было собрано более 19,5 миллионов рублей на благотворительные цели. Я уже был на многих мероприятиях, где действительно поддерживают детей с ограниченными возможностями, которые хотят заниматься спортом: играть в хоккей, футбол. Пусть даже у них что-то и не так со здоровьем, но этот азарт и удовольствие, которое они получают от занятий спортом, ни с чем не сравнимы.

Главное, что бы с тобой ни случилось, не замыкаться в себе, продолжать жить нормальной жизнью, двигаться, желательно вперед. Бег – основная дисциплина с самого моего детства. Поэтому, если здоровье позволяет, бегайте! Движение – это главное.

– Вы сегодняшние забеги смотрели?  

– Издалека. Что смотреть, как бегают другие? Признаться, завидую. Я бы тоже побегал, но нынче, видите, это уже не очень удобно.

– Ну, несмотря ни на что, вы вышли на лед уже в конце 2023 года! Это потрясающе!   

– Я пообещал: вернусь на лед! И слово свое сдержал. Первое, что произошло после выхода из больницы, мы поехали на шоу в Сочи с Ильей Авербухом. Понимал, нужно быстрее выходить из зоны абсолютного дискомфорта, начинать заниматься своими привычными делами.

Да, выход на лед дался непросто. Пришлось смириться: как раньше, увы, уже никогда не будет… Так что фигурное катание, уже больше стало как хобби. Любимое хобби.

Когда я вижу полный зал, когда тебе аплодируют, когда тебя поддерживают, сразу такой трепет в душе, по которому ты скучаешь. Это происходит редко, наверное, поэтому эти чувства откликаются внутри вдвойне.

– Скажите, за последнее время поменялось ли у вас мировоззрение и понимание ценности таких благотворительных мероприятий?

– Наверное, да. Сильно поменялось. Люди здоровые зачастую проходят мимо таких проблем, не замечают просто, в голову не берут. И когда ты сам лично сталкиваешься с таким событиями, – жизнь, как мы видим, преподносит сюрпризы, и что-то далеко загадывать нельзя, – то, конечно, начинаешь совсем иначе смотреть на многие вещи. Конечно, я рад всегда принимать участие в таких мероприятиях, где есть помощь и поддержка тем людям, которые нуждаются, тем более детям. 

Фото: пресс-служба "Доброго забега"

– Роман, раскройте секрет, что вас поддерживает на плаву в таких жесточайших ситуациях?

– Наверное, самоирония. Именно она помогает мне в нынешней ситуации  чувствовать себя более уверенным. Когда смеешься над собой, это облегчает тебе жизнь. Нельзя, даже несмотря на всю серьезность темы, все уводить в  безысходную трагедию. Мне бы хотелось стать примером силы духа и характера, преодоления таких жестоких препятствий в жизни, из которых надо выходить достойно.

А секрет? Он, наверное, прост: что бы ни случилось у тебя в жизни, никогда не сдавайся, а продолжай что-то делать, двигайся дальше. Когда трудишься, работаешь, занимаешься чем-то, это тебя окрыляет. Поэтому просто нужно каждый день выполнять любимую работу, которой ты занимаешься, и в ней становиться лучше, прогрессировать изо дня в день.

– В преддверии Зимней Паралимпиады 2026 года, которая пройдет в Италии с 6 по 15 марта, какое у вас отношение к нейтральному статусу наших спортсменов?

– Считаю, что у каждой страны должен быть свой флаг, свой гимн. Это норма, это то, что было всегда. Как и многие, наверное, отношусь к «нейтральности» не очень хорошо. Это несправедливо к нашим спортсменам, потому что спорт не должен иметь отношения к политике. Спортсмены занимаются всю жизнь, трудятся ради результата, ради победы. Но знаю, недавно «лед тронулся» –  это допуск наших спортсменов к Паралимпиаде. Так что позитивная динамика наблюдается, хоть медленно, но есть прогресс. Возвращение статуса – это большой шаг вперед. Дай Бог, чтобы вернули всех остальных спортсменов.

– Роман, вы раньше очень много путешествовали, летали по разным странам и континентам.   

– Ну, мы и сейчас много путешествуем. Не перестали. В зависимости от свободного времени и времени года, возможностей и реалий нашего мира. 

– А есть места, куда вы готовы приезжать всегда, без условий?    

– О, это Сочи! Наш с женой любимый город. Более 10 лет мы жили и работали в Олимпийском парке и теперь обязательно приезжаем в эти места. Знаем каждый уголок, каждое место. Все родное. 

Искусствовед Елена Селестин: "Многим нашим современникам, чтобы почувствовать аромат, нужно буквально ощутить удар в нос"

Клео.ру поговорил с Еленой о парфюмерном характере эпохи,  капризности обоняния и тренировке «нанюханности».

автор Татьяна Бутурлина

Елена Селестин

Писателя и искусствоведа Елену Селестин заслуженно называют одним из самых авторитетных специалистов в области литературы о парфюмерии. В рамках Московской международной книжной ярмарки 2026 года она представила свою уже четвертую книгу о парфюмерии — «Стиль во флаконе» (издательства ОДРИ). Эксперты сразу отметили, что тема, которую Елена решила поднять, беспрецедентна. По их мнению, в мире пока не существует ни одной книги о том, как стиль в искусстве отразился на большой парфюмерии. О том, как через ароматы можно понять характер эпохи, и о любимых парфюмерных раритетах мы поговорили с Еленой Селестин перед выходом ее книжной новинки.

— Елена, хорошее обоняние сегодня — это преимущество или наказание?

— Две тысячи двадцатый год нам всем, можно сказать, опытным путем доказал капризность и важность такого чувства, как обоняние. И со времен ковида оно у нас значительно трансформировалось. На эти вызовы парфюмерия должна была отреагировать, и это произошло. Ароматы стали более «пробивными» — чтобы уж наверняка, — более сильными. И люди с хорошим обонянием это сразу уловили.

Вообще, с одной стороны, хорошее обоняние — преимущество, говорящее об эмоциональном и чувствительном человеке, и которое во многом может разнообразить палитру ощущений жизни. Это плюс. Но с другой стороны, есть и минусы. Мы живем в обществе, ездим в общественном транспорте, все люди разные и по-разному к гигиене относятся. Это порой приносит не суперприятные эмоции, особенно людям с «настроенными», чувствительными носами

— Такое обостренное чувство обоняния передается через гены или его можно «воспитать»?

— Мне кажется, что в данном контексте обоняние можно сравнить с музыкальным слухом. Безусловно,  передается от родителей какой-то базовый задел, и если человек сумеет его правильно использовать, развить, то тогда можно добиться больших успехов. Ну, например, у вас есть с рождения слух, и родители вовремя отдали вас в руки хорошего преподавателя — и вот, вы уже звезда музыкальной школы по классу скрипки! Так и обоняние, то же самое. «Уловив» его в себе, можно и тренировать, и воспитывать, и совершенствовать свою так называемую нанюханность. Это как постоянно слушать музыкальные композиции. Начинается привыкание, узнаваемость, а потом и любовь. Недаром все великие парфюмеры сравнивали составление парфюмерных композиций с музыкой.

— Как лично у вас это происходило?

— Сразу оговорюсь: я не парфюмер, а человек, который страстно увлекается парфюмерией, пишет на эту тему, изучает, собирает коллекцию. Когда ты чем-то страстно увлечен, то неизменно начинаешь пользоваться всеми доступными тебе данными – источниками информации. У тебя появляется та самая «нанюханность» и насмотренность, ты сразу определяешь ценность аромата, знаешь его историю. Открывается целый мир, и твоя влюбленность в эту «музыку ароматов» только разрастается.

— С какого момента вы решили обратить внимание на этот мир? С чего все началось?

— Мне кажется, что новый бум в парфюмерии начался с развитием интернета, с появлением первых блогов, поскольку люди стали делиться не только информацией «что почём», но и оттенками своих чувств, посланиями абсолютно поэтическими от ароматов. Когда ты это всё читаешь, то невольно хочешь приобщиться — это нормальная реакция чувствительных людей. Где-то в 2005-2007 годах мне на глаза стали всё чаще попадаться переводные тексты тематических сайтов и книг про парфюмерию. Безумно увлекли биографии великих парфюмеров, легендарных парфюмов. Например, просто покорила история духов Mitsouko. Тогда же я купила и свой первый винтажный флакон 60-х годов прошлого столетия. Увлечение парфюмерией переросло в увлечение культурологией. Для меня стало откровением, что через ароматы можно понять характер эпохи, идеалы красоты и даже образ мышления людей.

— Но это еще и хорошее вложение? Винтажные духи становятся с годами все дороже?

— Безусловно, стоимость некоторых редких флаконов доходит на рынке до внушительных цифр. Но здесь есть проблема — вопрос сохранности. Есть люди, которым нужны только флаконы, а зачастую это настоящие произведения искусства. Но есть те, кто хочет обязательно прочувствовать аромат прошлого, им важно физическое наполнение. И тут возникает риск — все-таки любые духи — это химическая формула, и многие молекулы со временем, за 50-60 лет, теряют свои пахучие свойства или меняются не в лучшую сторону. Так что попасть на испорченный аромат — объективная реальность. Для цены также имеет значение не только то, из чего состоит парфюм, но и его легенда, история бренда, кто любил эти духи, какие страсти порой с ним связаны. Например, история Жака Герлена, который до Первой мировой войны создавал «парфюмерные пейзажи», а после создал аромат, посвященный японской красавице Mitsouko, героине популярной книги. Позднее известный парфюмер Роже Дав настолько полюбил эти духи, что носил их ежедневно более 30 лет. После признавался, что для него стало настоящей трагедией, когда в мире были запрещены натуральные экстракты мха и бергамота, теперь он «не знает, что надеть».

Стиль во флаконе Елена Селестин

— Кстати, а сегодня что на вас надето? Так правильно говорить?

— Да, верно: о духах вполне можно спросить: что вы носите, что на вас надето. На мне так же мои любимые Mitsouko. Плюс что-то классическое на шарфик нанесла. Совмещать, конечно, можно. Главное, чтобы другие люди, рядом стоящие, не страдали.

— На ваш взгляд, сейчас какие тенденции существуют в парфюмерии?    

— Как я уже ранее заметила, преобладают действительно громкие парфюмерные молекулы. Многим нашим современникам, чтобы почувствовать аромат, нужно буквально ощутить удар в нос. Появилось много суперсладких ароматов, не знаю даже, как это объяснить, — такая тенденция проявлять себя очень демонстративно, наотмашь. Многие ароматы могут быть неприятны для окружающих, но это громкое заявление о себе. С другой стороны, много ароматов появилось тихих, с философской концепцией: «Мне интересно с самим собой». Интимность, с одной стороны, и громкость — с другой, с разных сторон.

— Елена, это ваша уже четвертая книга — идеи сюжетов не пересекаются?

— Знаете, я никогда не планирую, о чем и когда именно я буду писать книгу. Время как-то само подсказывает, когда это надо сделать и о чем будет речь. На самом деле, парфюмерия — это такая необъятная отрасль, успешная, сверхкоммерциализированная. И во всех моих книгах нет повторов, совершенно разные темы. Так, первая была посвящена знаменитым брендам, которые производили духи. Вторая — парфюмерам. Для меня важно знать, какими были эти люди, составляющие композиции, сводящие с ума миллионы людей. Третья книга — о том, какие тенденции существуют в отрасли, а в четвертой я хотела разобрать стили искусства 20-21 веков: как, каким образом они влияют на парфюмерное искусство.

— Что-то в процессе работы над книгой удивило?

— Конечно! Как жена художника, я не такой фанат структурировать искусство, раскладывать по полочкам. Все-таки искусство — дитя свободы. Но я была поражена, насколько жанры искусства, превалирующие в определенное время, повлияли на создание ароматов. Что такое абстрактное произведение, как парфюм, может отражать суть времени, говорить о моде тех лет. Для меня такое исследование стало вызовом. Непросто найти эти соответствия и параллели спустя годы. Но безумно увлекательно.

Татьяна Бутурлина

Журналист

Фото: личный архив / издательство ОДРИ
Источник: Клео.ру