Результаты седьмого Кубка Кремля по спортивным бальным танцам

Апрель — месяц, когда в Кремлевском дворце проходит традиционный Кубок Кремля по спортивным бальным танцам.

автор Катерина Кулагина

В этом году 26 апреля лучшие танцоры России и пары из 12 зарубежных стран собрались в сердце столицы, чтобы показать свое мастерство на уникальном паркете и разыграть награды турнира «Кубок Кремля – Гордость России!». Организатор – президент Российского танцевального союза, заслуженный деятель искусств РФ, народный артист России Станислав Попов. 

Этот танцевальный праздник уже давно стал обязательным символом московской весны! С огромным нетерпением и трепетом этого события ждут и танцоры, и зрители. А организаторы в свою очередь стараются сделать все, чтобы вновь удивить публику интереснейшей соревновательной и развлекательной программами. 

Фото: Олег Коныжев

Главный трофей – Кубок Кремля по латиноамериканским танцам среди профессионалов выиграли Кирилл Белоруков и Валерия Айдаева. Этот дуэт является безусловным лидером российского танцевального спорта в латине, а также очень успешен и на международных соревнованиях, где завоевывает призы или входит в финалы всех престижных турниров мира. Кирилл и Валерия, имея огромный опыт участия в лучших конкурсах и потрясающее мастерство, тем не менее еще достаточно молоды, а значит, не собираются в обозримом будущем отдавать первенство в профессиональной латине. Валерия рассказала, почему особенно любит выступать в Кремле:

«Конечно, для нас турнир в Кремле – особое событие, здесь и атмосфера потрясающая, неповторимая, и сюда приходит нас поддерживать семья, близкие имеют возможность наблюдать за нами вживую, а это не так часто получается, потому что мы танцуем много международных турниров. Мы каждый раз выходим на этот паркет с хорошим спортивным настроем. Кубок Кремля первый из весеннего блока самых престижных конкурсов, на котором мы обычно начинаем пробовать какие-то новые идеи, хореографию».

Фото: Светозар Андреев

Серебром наградили судьи танец Андрея и Анастасии Киселевых. Бронзовые награды достались харизматичному дуэту Михаила Попова и Вероники Тамаровой. Михаил поделился своими впечатлениями от турнира, рассказал, как их пара восприняла нововведение, когда на соревнованиях латинистов зазвучала непривычная музыка:

«Мы услышали, что первые туры любители танцевали под музыку советских композиторов, под песни на военную тематику. Мы понимаем, что близится очень важный праздник, значимый для нашей страны. Поэтому мы не удивились. Интересно было послушать такую обработку. Мы морально себя готовили к тому, что тоже будем танцевать под эти мелодии. Но нам такая возможность не представилась, в турнире профессионалов эта музыка не звучала, а было бы интересно попробовать. Эмоции от Кубка Кремля, как и всегда, очень яркие, к тому же апрельские турниры в Кремле проходят при хорошей солнечной погоде, хоть и прохладной, и это еще больше добавляет праздничного настроения. Все прекрасно!» 

Фото: Светозар Андреев

Соревнования в категории любителей в латине порадовала присутствием новых лиц среди призеров турнира. Так впервые на пьедестале стояли Алексей Капуста и Ксения Сибушева – они получили бронзовые награды. Серебро завоевали Лиза Борисова и Илья Гавриков. И хотя эта пара уже была в числе призеров на прошлом Кубке Кремля, приятно было вновь видеть их на пьедестале, и убедиться, что Илья и Лиза не только подтверждают свой высокий уровень, но и продолжают развиваться. А победителями стали хоть и весьма титулованные, но тоже еще совсем молодые танцоры Шариф Мирханов и Анна Долгополова. Они выиграли Кубок Кремля уже в третий раз!

Фото: Светозар Андреев

В турнире по смус ожидаемо победили Алексей Половников и Ольга Щербина – сильнейший дуэт в этом направлении, неоднократно подтверждавший этот статус как на российских турнирах, так и на всех престижных площадках мира. 

Фото: Светозар Андреев

Сюрпризом для зрителей стало выступление победителя турнира профессионалов Кирилла Белорукова с новой партнершей по Про-Эм. Еще до того, как вновь стать чемпионом главного состязания, он успел победить еще в одном – Про-Эм латина Леди А, завоевав Кубок вместе с Жанеттой Клюшиной. Наверное, тот факт, что и новую свою ученицу Кирилл смог подготовить так хорошо, что и с ней занял первое место, скорее был закономерным, чем удивительным. Чемпионский статус, характер победителя и высочайшее мастерство этого танцора просто не оставляют шансов соперникам на паркете, в какой категории бы он ни выступал. 

Фото: Светозар Андреев

В категории Леди В Про-Эм по латиноамериканским танцам победителями стали Владимир Литвинов и Виктория Багаева.

Среди пар Про-Эм по стандарту лучшими были Сергей Коновальцев и Кристина Курт. Кроме того, Сергей и Кристина порадовали зрителей в этот вечер еще и великолепным исполнением шоу «Эсмеральда». Номер заразил зрителей своей небывалой эмоциональностью и восхитил красотой исполнения. 

Фото: Светозар Андреев

В развлекательной части вечера было показано еще два шоу завсегдатая кремлевских турниров Виктора да Силвы в стиле экзибишен. На этот раз маэстро выступил с танцовщицей из Японии Юми Хонда в роли Клеопатры и с Екатериной Крысановой. Эти номера также были по достоинству оценены взыскательной публикой.

Добавляли собравшимся праздничного настроения искрометный конферанс Станислава Попова и великолепная музыка в исполнении групп «Семь ветров» и «Данс-лэнд».

ИИ для модернистов? Новый взгляд на понятие копии в искусстве

Клео.ру представляет свободный перевод статьи Artforum о «творческом» потенциале искусственного интеллекта.

автор Юлия Крышевич

Профессор истории архитектуры Марио Карпа делится необычным взглядом на роль искусственного интеллекта во взаимодействии с художниками сегодня, а заодно пересматривает отношение к «технической воспроизводимости» произведений – привет Вальтеру Беньямину.

Для рожденных в эпоху модернистской или даже поздней модернистской традиции, пишет Карпа, понятие копии нераздельно связано с технологией, ее порождающей. Произведение и воссозданный аналог идентичны – иначе и быть не может, учитывая доминантную техническую логику модерна. Однако так было не всегда: до расцвета массового производства сам акт обращения к оригиналу не обязательно приравнивался к копированию. В европейской классической традиции процесс имитации (другими словами, мимесис) был ориентирован на подражание первоначальной версии работы – и все же он подразумевал немало нюансов, уровней и типов различий. Следовательно, каждая копия обладала «врожденной особенностью» (на лат. nescio quid).

www.magnific.com

Генеративный искусственный интеллект работает аналогичным образом: он производит сходства. И хотя большинство из нас до сих пор плохо себе представляют, как работает эта машина, одно можно утверждать смело: новые данные в воронке генеративного ИИ рождаются из уже имеющихся. «Ингредиенты», заложенные в команду, определяют конечный результат: из изображения собаки или кошки мы получаем картинку с тем же четвероногим созданием, но оно не будет полностью идентично оригиналу. Теория Вальтера Беньямина о произведении искусства в эпоху его технической воспроизводимости по-прежнему ценна, отмечает автор, однако ее неплохо бы на время забыть, чтобы понять логику наиболее «творческих» систем ИИ.

Далее Марио Карпа пускается в небольшой исторический экскурс, анализируя стратегию создания копий во времена античности. Как утверждает Карпа, в Древней Греции и в Древнем Риме соперничали две модели имитации: заимствования отдельных элементов художественного произведения (что соответствует современным компьютерным командам «вырезать» и «вставить») и создания нового образа на основе увиденного. В частности, философ Сенека считал правильным подражанием отбор лучшего из имеющегося, подобно тому, как пчелы собирают нектар с цветов. Ведь конечный продукт – мед – не напоминает нектар на вкус, хотя и состоит из него.

www.magnific.com

В разгар Возрождения теолог Эразм Роттердамский попытался осудить имитаторов, следовавших стратегии «вырезать – вставить» – поводом тому стало повальное увлечение мыслителей и художников античными идеями. Согласно Роттердамскому, цитировать Цицерона (да простит нам читатель этот каламбур) было делом бесхитростным, в отличие от самостоятельного философствования на том же уровне. В этом видение Эразма сходилось с метафорой Сенеки о пчелах.

Тем не менее многие деятели Ренессанса прибегали именно к частичному заимствованию в своих работах, особенно в архитектуре: например, Леон Батиста Альберти и Себастьяно Серлио не гнушались визуального «цитирования» в постройках, использовали мозаичную технику и другие стилистические конфигурации. В эпоху классицизма манера фрагментированного подражания уступила моде на полную трансформацию образа в искусстве – продлились она, как известно, до наступления модерна.

Здесь легко предположить, что произошло дальше, комментирует Карпа. Миф о великом творце-одиночке пошатнул стремительный прогресс науки и техники; импрессионисты со всей дерзостью заявили об анахроничности понимания искусства как прекрасного и технически совершенного. В первой четверти XX века кубисты Пикассо, Брак и Грис представили миру технику коллажа как сочетание несочетаемых элементов, а половиной столетия спустя философы-постструктуралисты, в числе которых Ролан Барт и Юлия Кристева, взглянули на текст как на систему взаимосвязей, отсылок и цитат… Сегодня многие культурологи ассоциируют современность с термином «пастиш» (в пер. с итал. pasticcio – смесь или паштет), намекая на разнородность и несвязанность ее составляющих.

www.magnific.com

Итак, подытоживает Марио Карпа, имитация — это процесс повторения субъективно важного, форма овладения навыком или знанием, которые с трудом поддаются вербализации. Путем имитации мы учимся говорить на иностранном языке и ездить на велосипеде — тот же алгоритм лежит в основе машинного обучения. Ошибка людей, воспитанных в культуре модерна, состоит в несоизмеримых ожиданиях от ИИ: часть привычных индивиду задач он давно взял на себя, в то время как некоторые другие ему пока рано делегировать.

Возвращаясь к мысли Эразма Роттердамского, сегодня человечеству доступны три способа работы с прецедентом: первый – точное копирование оригинала (подобно фотографии), второй – создание образа на основе имеющихся данных (с этим прекрасно справляется генеративный искусственный интеллект)… И, наконец, заключительный – путь настоящего художника, по Роттердамскому: выход за предзаданные рамки, создание лучшей версии. Последнее на данный момент подвластно только человеку, так что у креаторов впереди много работы.

Юлия Крышевич

Редактор раздела «Искусство»

Фото: www.magnific.com
Источник: artforum.com