В последние годы модная индустрия разделилась: люкс стал еще более люксовым, а масс-маркет еще более массовым. Реакцией на этот процесс стало появление множества нишевых брендов, локальных дизайнеров и переосмысление моды как явления. 

Винтаж, секонды, апсайкл и ресайкл плотно вошли в нашу жизнь. Теперь это не просто способ одеться подешевле, а возможность проявить свое я, стать причастным к творческому процессу. 

Дизайнер Ольяна Бо в своем бренде объединила страсть к винтажу, желание создавать одежду на грани искусства и веру в предназначение. Мы поговорили с ней о творчестве, работе с мамой и сложностях небольшого бизнеса. 

– Я давно наблюдаю за тобой. Кажется, еще с тех пор, как ты шила платьица из муслина. Потом ты пересмотрела свой подход к творчеству и занялась ресайклом. А ты могла бы рассказать немного про начало своего швейного пути? Почему решила связать с этим жизнь?

– Это получилось случайно, но потом оказалось, что я швея в четвертом поколении. Правда, бабушка и мама шили в основном для себя, а прабабушка на этом зарабатывала. Это помогало в войну и другие тяжелые времена.

А вообще, я никогда не планировала шить, изначально думала про архитектурный вуз в направлении скульптура или дизайн среды.

Но поступила и отучились на политолога, конечно, это было абсолютно не мое. Потом перебралась в Петербург и, чтобы было какое-то подспорье, поступила в колледж ИШО (Инженерная школа одежды). Сдала экзамены и прошла на бюджет. Но, если честно, тогда я не совсем понимала, что делаю, хотя, как оказалось позднее, это была судьба. 

Поначалу я даже не ходила на лекции, но началась практика, я пришла в цех и… все, пропала. Ходила только на эти занятия, сидела часами, до ночи  – тренировала делать ровные строчки, различные виды швов, карманов, заутюжила свои первые лацканы. Это было золотое время. Практика кончилась, а я, наверное, поверила в себя (смеется) и ушла в свободное плавание, решив, что теперь буду шить. На этом этапе меня очень поддержали родители – подарили швейную машинку. После полугода проб и ошибок в июне 2017 года выпустила свою первую льняную коллекцию, вдохновившись отчасти Pinterest. 

И эта коллекция потерпела крах. Хочу об этом тоже сказать, чтобы не было ощущения, что я поверила в себя, начала шить и стала успешной. Нет.

– Это была бы неправдивая история успеха.

– Да-да. Коллекция потерпела крах абсолютный. Я раздарила часть сэмплов своим подругам. Зато потом благодаря «Авито» начала получать первые заказы. Я так радовалась, отшивая всего по два платья в месяц, но и на них получала негативные отзывы. Не знаю, каким чудом меня это не сломило, учитывая, что художника обидеть легко (смеется). Я продолжила заниматься, двигаться дальше. Наверное, благодаря колоссальной поддержке близких. 

– А как к тебе пришла идея ресайкла? 

– Это пришло, наверное, как крик души. Бренд раскрутился, и я года три регулярно отшивала платья на заказ, это было монотонно. Мне хотелось творчества, но надо мной всегда стоял заказчик, а я было просто руками, исполнителем, отшивала платья по меркам. Да, в пандемию меня это очень выручало, я кормила себя и часть семьи, это было здорово. Но за три года я просто «зашилась» – в прямом и переносном смысле. Это был день сурка, и никакого творчества. У меня было очень деструктивное настроение, хотелось рвать ткань, одежду, уничтожать то, что создала. 

– Психотерапевтично в целом. 

– Да, но это уже позже осознала. В моменте просто чувствовала и делала, как чувствовала, а потом поняла. И волна апсайкла и ресайкла захлестнула меня. Конечно, я не была первопроходцем и долгое время наблюдала за подобным в соцсетях, но больше всего меня потрясла коллекция Diesel, по-моему 2022 года, – тотальное джинсовое сумасшествие. И я решила, что это мое, мой выход и новое начало. Понимаешь, это пришло в момент, когда я хотела бросить шить, уйти совсем в совсем другое. 

– Очень вдохновляюще на самом деле! А на кого ты ориентируешься в фэшн-индустрии вообще?

– Именно ориентируюсь? Это сложный вопрос. У меня есть внутренний страх, даже вопрос совести перед самой собой: не хочу повторять то, что и так создают другие. Однако необходимо отслеживать новое и быть визуально подкованной. Люблю то, что делают испанцы RUS, Paloma wool, Rita row. Фактуры и ткани Après Studio. Винтажные вайбы orseund iris. Смелые решения JNBY, TOGA и JKim и бесконечно уважение нашим my812, muus, «Остров имени тебя». Конечно же, много лет слежу за творческим гением Джона Гальяно и Джонатана Андерсона, за невероятным отцом апсайклинга Мартином Маржела 1990-2000-х. 

Еще очень нравится ранний Йоджи Ямомото и его биография. Он не собирался становиться дизайнером, отучившись на юриста. Йоджи помогал матери в ателье. Простое ателье в небогатом квартале Токио. Женщины приходили подшивать и перешивать вещи таким образом, чтобы они нарочито подчеркивали достоинства и привлекали мужчин. Эта ситуация подстегнула Ямомото начать создавать одежду, которая бы не сексуализировала тело и выражала нечто большее, чем просто формы. 

Мне нравится, как идея звучит, мне очень-очень это близко. Потому что я тоже бегу от чересчур сексуализированной одежды для женщин.

Как и Йоджи Ямомото, я фанат чего-то более свободного, деконструкций и смелых решений, интеллектуальных форм без акцента на секс… Моя цель – балансировать на стыке удобного гардероба и предметов искусства.

 – Ты не думала над мужскими коллекциями?

– Нет. Сейчас это абсолютно не мое. Просто неинтересно. Я женщина, вдохновляюсь женщинами, с ними же и для них работаю! Однако зарекаться не буду, вдруг меня захватит концепция унисекс, и я буду создавать гендерно-нейтральные коллекции. 

– Кстати про женщин. Помню, у тебя была коллекция, которую вы подготовили вместе с мамой: она вязала цветочки, а ты их стилизовала на различные предметы одежды. Работа с мамой вас сблизила? 

– Мама стала мне лучшей подругой ближе к моим тридцати, и мы очень близки, хотя у нас всегда были хорошие отношения (ну, кроме моего подросткового периода). У моей мамы огромный творческий потенциал, но, к сожалению, жизнь не дала ей возможности его раскрыть. Но мне очень хочется, чтобы она этим занималась, ведь у нее так горят глаза! 

Когда мы только начинали, она упиралась, и я ее буквально заставляла (улыбается). Потом мама увидела классную реакцию покупателей, увидела, что у нас все скупили, что есть заказы, и она уже сама начинала предлагать идеи, совершенствоваться, пытаться сделать цветочек идеальней. Люблю видеть ее не в бытовых делах. Скоро, кстати, планируется новый дроп «olianabo with mom», так что работу с мамой продолжаем, хотя это иногда и сложно – она живет в Екатеринбурге. 

– А ты могла бы подробнее рассказать про свой повседневный гардероб? Как предпочитаешь миксовать вещи? Знаю, что любишь секонды и недорогие магазины. 

– На самом в этом плане я неинтересный блогер (смеется). Многие, насмотревшись на мой рабочий профиль и то, как я там все стилизую для съемок, просят публиковать мои ежедневые луки, показывать, как носить то, что я шью. Но… не просто так есть поговорка “сапожник без сапог”. Если человек очень много взаимодействует с чем-то и поглощен работой над чем-то, как правило, ему в жизни надо от этого отказываться. Потому что часто это уже перебор для психики.

Собственно, я живу сейчас в двухкомнатной квартире: одна комната – мастерская, в другой я сплю. И вот мастерская у меня до потолка забита тканями, вещами, у меня здесь очень комфортно, мне все понятно. А вторая комната абсолютно пустая. Вообще. Потому что мне нужен отдых.

Так же и в одежде. Мне очень хочется в обычной жизни отдохнуть, хочется не думать, поэтому наряжаюсь редко, отдавая предпочтение комфорту, легкой чудаковатости и вещам в духе slow fashion. А так как я фанат винтажа, секонд-хенд – это лучшее, что придумали. По факту это моя база, несущая конструкция и повседневного гардероба, и творчества.

– Кстати, тогда вопрос еще такой. Как считаешь, люкс – маркетинговая идея и гонка перепотребления? Или все-таки есть какая-то идея, которая оправдывает стоимость люкса?

– На такой вопрос не ответить кратко. Смотря для кого и о каком люксе мы говорим – прет-а-порте или от-кутюр? В каком промежутке времени? В прошлом модные дома действительно формировали моду, создавая знаковые изделия, узнаваемые и желанные по сей день. Сейчас время изменилось, и выстрелить могут и небольшие бренды в категории нишевых. 

Я не их клиент, но знаю, что люкс зачастую это больше, чем красиво проданная идея, это достойный сервис, качество, эксклюзивность и, конечно, статус.

В целом я считаю, что на любой продукт есть свой спрос, а в данном сегменте товаров с этим проблем вообще нет (улыбается). Кстати, вещи из люкса со временем только дорожают, это настоящая инвестиция.

– Из чего складывается цена твоей вещи? Знаю, что ты часто используешь винтажные ткани. Тоже покупаешь их в винтажных магазинах и секондах?

– Да, обычно покупаю ткани и материалы на «Авито» или в винтажках. Но бывает, что добрые люди присылают мне что-то из бабушкиных сервантов. Это волшебный подарок. Плюс очень люблю шерстить стоковые магазины ткани, часто нахожу там уникальные экземпляры небольшими отрезами. 

Извечный вопрос про деньги и творчество. Для себя я понимаю это так: стоимость изделия определяет в первую очередь художественная ценность. Это как совокупность формы, уникальности, моего технического и эмпирического опыта. Труд, материалы и времязатраты рассматриваются в комплексе – все это очень субъективно, и я до сих пор в процессе прощупывания почвы.

– Каково это создавать вещь от и до – от идеи до отправки покупателю? Получается, все процессы замыкаются на тебе…

– Мне сложно, но мне в кайф. Пришлось, конечно, освоить множество профессий: арт директор, фотограф, smm-специалист, контент-креатор, упаковщик/грузчик – сейчас меня ой как поймут все, у кого свой бренд! От количества задач, конечно, иногда идет пар из ушей. Особенно учитывая, что я больше себя понимаю как художник, нежели как предприниматель.  

Не подумай, я умею делегировать и замечательно отношусь к найму помощников, но пока такой возможности не представляется на постоянной основе.

Я свято верю, что если работаешь по своему (громко будет сказано, но!) предназначению, то живешь в каждом моменте и все это не зря. 

– Думала о каких-то коллаборациях, может быть? С какими-то брендами, дизайнерами?

– Да! И еще раз да! Я открыта к коллаборациям, но пока в ожидании интересных предложений. Причем мне не так важно, будет ли связан другой бренд с производством одежды или текстиля. Скорее, важна идея, содержание, суть конечного совместного продукта. И это не обязательно должна быть вещь, это может быть любое творческое завершение идеи. Я бы даже увлеклась digital-продуктом!