В мире модной фотографии траур. В США после продолжительной тяжелой болезни скончалась знаменитый фотограф Коринн Дэй. Ей было всего 45 лет.

Бывшая модель и популярный фотограф скончалась вследствие развития раковой опухоли мозга.

«Коринн была удивительно талантливым фотографом... Она знала, как запечатлеть подлинную красоту, а это мало кому удается», — отдала дань памяти профи главный редактор британского Vogue Александра Шульман.

Коринн Дэй прославилась как первооткрывательница так называемого Heroine Chic, представив серию фотографий знаменитой модели Кейт Мосс. В 1993 году британский Vogue презентовал снимки худенькой и изможденной модели в растянутой майке и узких панталонах, позирующей в интерьерах какой-то замызганной квартиры. Моментально появилась масса желающих сделать нечто подобное. Это движение посредственных подражателей в какой-то степени способствовало популярности гранджевого стиля одежды.

Работы Дэй регулярно публиковались в британской, итальянской и японской версиях журнала Vogue, а также выставлялись в художественных галереях всего мира, включая музей Tate Modern и Национальную портретную галерею в Лондоне.

Фотограф часто работала с Кейт Мосс и Наоми Кэмпбелл, актрисами Натали Портман и Скарлетт Йоханссон.

Тем не менее творчество Коринн, чрезмерно увлекавшейся худыми моделями, нередко вызывало недовольство некоторых как культурных, так и политических деятелей. Особенно шокирующей для общественности стала пресловутая фотосессия Кейт Мосс в 1993 году.

«Эти фотографии вызывают отвращение, я думаю, они могут понравиться только педофилам», — отмечал глава британской версии Cosmopolitan Марсель д'Аржи Смит. А экс-президент США Билл Клинтон даже обвинил Коринн в том, что ее работы возводят в культ худобу и легкомысленное отношение к наркотикам.

Сама Дэй всегда отрицала намерения следовать каким-либо стилям, пусть и приписанным ей как автору, а лишь говорила, что снимает то, что видит вокруг себя: «Чем ближе ты к реальностям жизни, тем ближе к жизни твоя фотография, тем больше она обнажает вещи, которые мы обычно не замечаем. Это есть достижение самой глубокой человеческой интимности, и интимность эта иногда оказывается грустной».