Фен-шуй по-украински
Читая
обрывками и несистематично о различных школах
Фэн-шуй, тем не менее, я с превеликим удовольствием бродила по собственному
дому с золотым колечком на ниточке в поисках геопатогенных зон, повесила
на двери так называемую «музыку ветра», а теперь вот думаю, как бы мне
обзавестись сосудом с водой на богатство и здоровье, но не заводить в
нём рыбок, так как ухаживать за ними времени нет.
Интерьер моей комнаты говорит о моей архидемократичности
в выборе стиля: компьютер,
как влияние тлетворного Запада, соседствует с небольшой аромалампой (в
неё налито несколько капель лимонного и мятного масел, которые повышают
работоспособность) — влияние Востока, и стоит это на большом письменном
столе, доставшимся мне в наследство от старшего брата ещё со времён Могучего
и Нерушимого — влияние времён расцвета социализма на 1/6 части суши.
Подобного рода предисловие написано для того, чтобы предотвратить
в мой адрес обвинения в немодности, архаичности и славянофильстве. Сразу
предупреждаю, что ничем из выше перечисленного не страдаю!
Применяя всевозможные
советы по созданию более удобного, а главное, более гармоничного с
внешним миром быта, я как-то особенно не задумывалась над истоками этих
рекомендаций. В наше сумасшедшее время, кто может позволить себе роскошь
просто так взять и задуматься? Нет-с, мы берём на вооружение всё, что
кажется нам полезным, совершенно не задумываясь — откуда это пришло, что
с собою принесло, и, если пользу, то, насколько эта польза велика. Ну,
оставим меру полезности той или иной рекомендации на совести советчика,
а вот на вопросе «откуда пришло» остановимся поподробнее.
Всё-таки школы Фэн-шуй, а точнее, их рекомендации всё время
не давали мне покоя. Восток, как любил говаривать небезызвестный киногерой,
— дело тонкое. Оно и понятно, что народы, населяющие эту часть света,
никак не могли пройти мимо, соответственно, тонких материй. Откуда и пошли
эти полные таинственности утверждения: юго-восточная часть дома должна
смотреть ровно на северо-запад и никак иначе, а спальня в этом доме вообще
должна быть расположена перпендикулярно несущей стене и параллельно
кухне, которая ни в коем случае не должна граничить с окном фиолетового
в горошек цвета. Да простят меня сторонники Фэн-шуй, думаю, что у них
на столе стоит какой-нибудь предмет, поддерживающий чувство юмора в норме.
В противном случае, я откажусь верить во все чудесные исцеления при помощи
Фэн-шуй! Вот так, с одной стороны, доверяя старинным советам китайских
мастеров, и обмеривая всё жизненное пространство собственно дома чуть
ли не по миллиметрам, с другой стороны червь сомнения порядком истерзал
мою душу. Именно такое стечение собственных эмоций, в последствии и подвигло
меня на исследования, кои я и предлагаю вашему вниманию.
По старинке, нырнув в собственную библиотеку, я занялась
поисками материалов о том, как же раньше наши предки-славяне обустраивали
собственные жилища. Перелопатив кучу книжек, поняла, что фраза: «нет пророка
в своём отечестве» сработала и в этом случае.
Ещё небольшая оговорка, всё нижесказанное будет касаться
Украины. Но не думаю, что братские белорусский и русский народы отличались
чем-то уж очень кардинальным в обустройстве своих домов.
Старинная украинская хата окнами и дверями обязательно выходила
на солнечную сторону, чтобы выметалось, высвечивалось из неё всякое зло.
«Придёт кто-то недобрый, с чёрными мыслями — оставит по себе такой вот
хвост. Словно туча опустится на дом. А из неё потом ссора
выйдет или какое другое зло» — такое объяснение давали наши предки.
Ни в коем случае нельзя, чтобы строящийся дом на корень дерева попал —
домочадцы всегда недовольными ходить будут. А ещё нельзя, чтобы дом на
тропке стоял, даже на малюсенькой тропиночке — никогда благосостояния
в нём не будет, а, если и будет, всё равно по ветру развеется. Нельзя,
чтобы на меже стоял — будет всю семью
разделять.
Место для новой хаты выбирали очень вдумчиво. Много обрядов
существовало по этому поводу. Вот один из них: посыпали выбранное место
пеплом. А утром смотрели, чей след отпечатался: птичий — будет спориться
домашнее хозяйство, рукоделие; звериный — хорошо дела пойдут у главы семьи;
а вот, если человеческий — ходят на этом месте злые духи.
Дом начинали строить
весной, когда Месяц становился полным, чтобы благо вместе с ним нарастало
и полнело. Когда закладывали фундамент, по углам опускали деньги (чтоб
копейка водилась), ладан (чтоб нечистый дух в дом зайти не мог), кусочек
освященного хлеба (чтобы мёртвые возле хаты кушать не просили), священной
воды (чтобы хозяйке душу не сосало, без причины не печалилась), веточку
полыни — Божьего деревца (чтобы дом долго стоял и не гнил). До Дмитрия
(8 ноября) в хату нужно было уже войти. Мастер забирал небольшой рушничёк,
петуха, 2 калача — чтобы ничего злого от него на дом не перешло. Потом
устраивали поминальный обед (за все души, которые от этого рода пошли,
чтобы стали они оберегами), а уже после священник
вносил две иконы — Божьей Матери и Иисуса (чтобы в паре жили в доме),
хозяин — ведро воды (без воды нет и еды), хозяйка — на рушнике хлеб-соль
и, если были дети — сеяли перед собою жменю проса, чтобы злое за ногами
не сеялось.
Начинались «входыны», на которые звали только род, потому
что в новую хату ничего от чужих не принималось. Ещё неделю после этого
в доме никто не спал, чтобы сначала там поспал Иисус Христос.
Красивыми покрывалами застилали кровать,
которая должна была быть из дубовых досок, чтобы за ночь хозяева сил набирались.
Возле окна стоял стол, на котором всегда должен был лежать, хоть кусочек
хлеба (иначе пойдут беды и неудачи). Вдоль стен — западной и южной — лавки.
Над дверями — икона Божьей Матери, чтобы благословляла человека на всякий
ход. В юго-восточном углу, под потолком, икона Николая Чудотворца, а под
нею — лампадка.
В хате большой (светлице) мог спать только покойник. Там
проводились празднества (в день освящения, крещения, свадьбы,
поминок, колядования, похорон, когда сходился весь род). В углу, на стыке
двух лавок возвышалась «скрыня» — большой сундук, в некоторых областях
она заменяла собою стол. Над окном, выходящим на восточную сторону, висели,
принесённые со свадеб ленты и рушники, чтобы каждый знал, сколько раз
тебя уважили, потому что непорядочных людей не приглашали туда, где завязывалась
новая семья, даже родственников. Над рушниками — иконы, под потолком от
угла до угла. В центре — Иисус Христос, Божья Матерь, рядом — угодники
Божьи, имена которых носили члены семьи.
На лавочках, которые стояли вдоль северной и западной стены
— ковры, покрывала, подушки — приданое…
Светлицу и горницу разделяли «хоромы» — небольшой коридорчик.
Там зимою держали бочки с огурцами, капустой и т.д. Ни в светлице, ни
в горнице никогда не ругались, чтобы не осквернять святые образа. Считалось,
что упадёт на тебя гнев Божий навеки. Но, уж, если ссора всё-таки начиналась,
то выбегали в коридорчик, где нет образов.
Обязательно, хотя бы несколькими забитыми кольями, огораживали
перед домом двор, чтобы не стояла постройка, как на пустой дороге — должна
была быть отделённой заграждением со всех сторон от цельного куска земли.
На ночь окно закрывалось или деревянными
ставнями, а чаще — небольшими занавесками, чтобы месяц в дом не светил,
не пробивался, «потому что делает много бед: детей водит, может вдовой
жену сделать…» Нельзя мусор выметать к порогу, а только к печи — а то
деньги водиться не будут. Печь, судя по материалам, стояла у восточной
стены. Около неё располагалось небольшое окошко, для того, чтобы с первыми
лучами солнца можно было прясть по утрам, не слезая с печи, ещё державшей
в себе какую-то часть тепла. Значит, спали вдоль восточной стены. Кстати,
печи во многих хатах были не только побелены. Хозяйки наносили на них
всевозможные рисунки, преимущественно растительного направления. Как правило,
это были или просто цветы, или цветущие
ветки на которых сидели сказочные птицы. Возможно, ничего не подозревая
о Фэн-шуй, наши предки интуитивно пытались таким вот образом гармонизировать
стихию огня, эпицентр которой и приходился на большую печь.
В традициях рисования на печи и стенах горницы, часто можно
встретить и рисунок петуха. Известно, что по поверьям, именно петух своим
криком по утрам прогоняет нечистую силу, бродящую в тёмное время суток.
А значит петух, нарисованный внутри жилой комнаты так же был своего рода
семейным оберегом от нечистых духов.
Свой Фэн-шуй был у наших предков и относительно цветов:
одними на Зелёные праздники устилали столы, пол и стены, а другие — даже
возле дома сажать нельзя было. Очень почиталась в своё время и стихия
воды, которая называлась, хоть и не по-восточному, но не менее поэтично:
вода — это Господни очи. А в вышитых сорочках, салфетках и рушниках скрывались
целые послания, которыми мастерица кодировала их носителя на счастье,
здоровье и любовь. Так что своего родного,
славянского Фэн-шуя у нас более чем достаточно. Просто необходимо, чтобы
некая наша Лиля Та описала всё это в доступной форме. И я уверена — последователей
у неё найдётся достаточно.
