Легенда итальянского кинематографа Джина Лоллобриджида (Gina Lollobrigida ) в последнее время попадает в довольно конфузные ситуации. В прошлом году звезда обнаружила, что ее экс-бойфренд женился на ней без ее ведома, а теперь актриса борется с собственным сыном.

​

Единственный наследник звезды считает, что Лоллобриджида не в состоянии разумно управлять своими активами, и настаивает опеке. Но Джина категорически против. Милко Скофич-младший (Milko Skofic, Jr), рожденный Джиной в браке с югославским врачом Милко Скофичем, обратился в суд с просьбой назначить управляющего состоянием актрисы, которое оценивается в 48 миллионов долларов.

По мнению мужчины, Лоллобриджида, которая в июле отметит 87-летие, не в состоянии справляться с делами одна и ей требуется помощь грамотного консультанта-опекуна. Судебное рассмотрение заявления Скофича-младшего назначено итальянским судом на 14 апреля.

Сама актриса действиями сына сконфужена. Она готовится к суду и намерена доказать, что находится в здравом уме и твердой памяти. «У меня нормальное состояние, — цитирует актрису итальянское издание Il Messaggero. — Я все еще путешествую по миру, почти без остановки. Постоянно езжу в Монте-Карло».

Представитель звезды также отметил, что у Джины все отлично и ухудшения умственных способностей он не заметил.

Но в прошлом году с Лоллобриджидой случился казус. Актриса обвинила экс-бойфренда в том, что он «женился» на ней без ее ведома. Джина обнаружила в Сети сообщения о том, что бывший возлюбленный Хавьер Риго и Рафолсом (Javier Rigau y Rafols) женился на ней в ноябре 2010 года в Барселоне в присутствии восьми свидетелей. Сообщения сопровождались снимками, на которых запечатлена женщина у алтаря, внешне похожая на Лоллобриджиду.

«Это невероятно, — возмущалась звезда. — Этот мерзкий человек женился на мне без моего ведома, чтобы завладеть моими деньгами, когда я умру. Он проводил некоторые операции от моего имени, и я давала ему множество доверенностей. Боюсь, что это поддельное свидетельство о свадьбе было среди документов на испанском языке, который я не понимаю, и я, ничуть не сомневаясь в порядочности Хавьера, его тогда подписала».