Хотя кое-кто не считает Москву одной из столиц моды, надо
заметить, что модная жизнь здесь кипит. Сейчас страсти особенно накалены
— на носу неделя прет-а-порте. И даже, если верить слухам, целых две:
российская и собственно московская. Однако не все дизайнеры оказались
«окучены». В списках участников мы не увидим имен Валентина
Юдашкина, Вячеслава Зайцева, Алисы
Толкачевой. Владимир V.Q. также отказался
участвовать в неделях прет-а-порте. Дизайнер согласился прокомментировать
такое неприятие правил модной игры.
—
Сейчас в самом разгаре подготовка к московским неделям прет-а-порте. Участвуете
ли вы хотя бы в одной из недель прет-а-порте?
— Нет!
— А почему?
— Потому что сборная неделя прет а порте — то как они проходят
у нас — не дают возможности модельерам показывать одежду так, как они
сами считают более выигрышным. Практически невозможно оформить по своему
вкусу подиум, выставить свет.
— Зато участие в неделе прет-а-порте помогает значительно
уменьшить расходы на помещение, организацию, PR-поддержку…
— Нельзя экономить на собственной презентации! Сольные
показы, конечно, обходятся дороже, но только тогда модельер и его команда
пожинают лавры. Или посыпают пеплом голову. Но чувствуют, что сделали
что могли.
— Зато на неделю прет-а-порте пресса приходит массово…
— Думаю, что пресса активно приходит и на сольные показы,
если ей это интересно. А если неинтересно — то и на неделе прет-а-порте
не придет на этого модельера.
— Тем не менее неделя прет-а -порте — громкое событие,
и на Западе дизайнеры не гнушаются участием в них.
— Давайте не будем сравнивать организацию этих недель там
и здесь. Это очень разные вещи. На Западе каждый модельер делает сольный
показ. Просто есть договоренность о совместном времени проведения. У нас
же одно помещение на всех, и все занимают его по очереди. К тому же на
Западе коллекции прет-а-порте, показанные в рамках форума являются тенденционными:
дизайнеры смотрят на реакцию байеров, и по ней решают, что запускать в
производство, и от чего стоит отказаться. У нас же коллекции прет-а-порте
продаются в том виде, в каком они сделаны. И редко кто из модельеров способен
растиражировать свои модели хотя бы в сотнях единиц и с нормальным размерным
рядом.
— А вы свою коллекцию не позиционируете как прет-а-порте?
— Нет, позиционирую! Потому что любую из сделанных мною
для коллекции вещей можно прямо с подиума одеть в жизнь. Другое дело,
что моя фирма пока набирает обороты, и коллекции я делаю как рекламу или
лучше сказать как визитную карточку того стиля, в котором я собираюсь
работать в ближайшие несколько лет.
— Как вы относитесь к тому, что у нас показ — не
рабочее мероприятие для байеров и дизайнеров, а светская тусовка, на которой
стараются засветиться звезды и прочая публика?
— Совершенно нормально отношусь, это наша реальность, но
все же надеюсь, что со временем наши модные законы причешутся на правильный,
деловой манер.
— А можно ли извлечь пользу для себя из нынешней
ситуации?
— Конечно! Ведь если модельер не будет делать коллекции
и показывать их — пусть даже и публике, которая не способна у него купить,
— то он просто зачахнет. Каждый творческий человек должен видеть результаты
своего труда и реакцию людей на них.
— Значит, показы вам нужны. Но тогда в какое время
ожидать вашего следующего показа?
— Надеюсь, что в октябре 2002 года.
— Почему именно в октябре?
— Октябрь — очень благополучный месяц. Особенно начало.
Мало мероприятий. Значит, больше вероятность увидеть у себя в гостях людей
которых я хочу видеть. Кроме того, после лета люди отдохнувшие, благостные.
Да и сам я тоже посвежевший после летнего отдыха, полон сил, идеи кипят…
И вообще, модный сезон — в октябре.
— Но коллекцию вы ведь уже сейчас придумываете?
— Да, мало того — не одну, а две. Но они будут показаны
вместе. В один показ, через антракт. Пока не буду раскрывать тайну. Ни
как они будут называться, ни их тему.
— Но можно хотя бы цветовую гамму узнать?
— Можно. Ни в одной из этих двух коллекций не будет ни
грамма белого цвета. Первая коллекция — прет-а-порте, вторая — прет-а-порте
де люкс. В обеих буду использовать много плиссировки. Длина юбок будет
не короче, чем до колена.
— Стиль?
— Моя любимая классика.
— Показ будет срежиссирован в виде шоу?
— Не совсем. На этот раз я отойду от любимого мною жанра
театральности на подиуме. Хотя кое-какие его элементы использую, чтобы
поддерживать зрителя в напряжении.
— Пока все напрягаются, готовятся к весенним показам,
о чем вы думаете?
— Мечтаю отдохнуть. Год выдался напряженным — премьера
спектакля «Рикошет», подготовка конкурса «Краса России», да много всего.
Хочу в Италию. Флоренция, маленькие музейные городишки. Галереи, архитектура,
и опера. Буду искать вдохновения… На лето ведутся переговоры о нескольких
интересных мероприятиях, где я в полной мере смогу поучаствовать как модельер
или художник.
— Создается впечатление, что V.Q. — серьезный, солидный
человек. А на самом деле? У Вас есть двойное дно?
— Есть. Обожаю веселиться, желательно в большой кампании,
желательно даже незнакомой, обожаю шутки и розыгрыши. Люблю тусоваться
по дискотекам, барам, ресторанам, и вообще вести неправедный образ жизни.
Больше всего на свете я люблю общаться со своими друзьями.
— Как складываются у вас отношения с актером Маратом
Башаровым, для которого вы шили костюмы для «Рикошета»?
— Марат успел поприсутствовать на паре моих показов, вдумчиво
перемерить коллекции и «возжелать себе того же». На Западе это обычная
практика — предоставлять одежду знаменитым актерам для торжественных церемоний.
Правда, немногие из звезд остаются верными одной марке. Марат — приятное
исключение. Он появляется в свете в моих костюмах уже не в первый раз.
Последний пример — премия «Кумир», где Марат и его невеста Лиза были в
моделях из моей последней коллекции. Мы уже шутим, что Марат стал «лицом»
моей марки.
Беседовала Виктория Селантьева.
