Комсомолка Катя из знаменитого «фильма-праздника» «Стиляги» сейчас нарасхват. И до этой яркой роли у Евгении Брик были профессиональные удачи (за свою первую же роль в кино в 2003 году она получила приз за лучший актерский дебют на фестивале «Сполохи»). Евгения Брик утверждает, что роль в «Стилягах» досталась ей в честной борьбе. Напомним, что режиссером фильма был ее супруг, Валерий Тодоровский. Впрочем, перспективная актриса сама рассказывает, как было дело.
Евгения Брик, ваш характер похож на характер вашей героини Кати из «Стиляг»?
Естественно, немного Катиных черт у меня присутствует, потому что в характер своего героя ты вкладываешь себя. Но она очень утрированный персонаж, к тому же персонаж своего времени. В 50-е годы то, как она себя вела, было нормальным. Забавно: за роль Кати я получила премию MTV «Лучший кинозлодей». Интересно, как в те годы комсомолка могла бы стать главным злодеем года? Двадцать лет назад за такую номинацию могли посадить, наверное.
Блиц-опрос «Клео»
Вы дружите с Интернетом?
Да.
Что для вас непозволительная роскошь?
Какая-то глупая покупка.
С каким животным вы себя ассоциируете?
С собакой. Я очень их люблю.
Было ли у вас в детстве прозвище?
Нет, никогда.
Что вас заводит?
Хороший юмор.
Вы сова или жаворонок?
Сова.
По большому счету она — обыкновенная женщина, которая не понимает, как можно полюбить кого-то, кроме нее? Как ее возлюбленный мог променять ее, порядочную девушку, на женщину легкого поведения? Вот из-за этого непонимания и неспособности осознать, что не все люди такие, как она, Катя и страдает.
Она искренна, когда спрашивает: «Ну почему люди не такие, как все? Почему они не хотят быть нормальными комсомольцами, ходить за ручку и уничтожать все плохое?» Она не понимает, что уничтожать этих несчастных стиляг — неправильно. Но так ее воспитала эта страна.
А упертость эта, наверное, у меня есть в какой-то степени. Мои родители и бабушка с дедушкой столько времени мне посвящали, они так меня любили, что я бы с удовольствием перенеслась в детство и прожила его снова. Мне это все время снится. Поэтому я не могла бы вырасти такой девочкой, как Катя — я была слишком любима. Меня воспитывали не по принципу «будь, как все», а по принципу «будь такой, какой хочешь».
А как вам эстетика 50-х? Мода, к примеру?
Тяжело сказать про эту моду, потому что в нашей стране ее вообще как таковой не было. Моя бабушка в войну случайно попала на военный корабль, ей тогда было всего 18 лет. Она три года провела на этом корабле, который постоянно причаливал к портам Америки.
Бабушка побывала тогда и в Чикаго, и в Нью-Йорке, она видела эту моду, покупала одежду — шелковые чулки, потрясающее белье. И это в то время, когда у нас носили простые колготки, хлопчатобумажное белье и грубую одежду. И вот когда бабушка пришла в комиссионку, чтобы продать всю эту одежду (она была вынуждена), то по реакции продавщиц, увидевших ее бархатные туфли на каблучке и шелковое белье, стало понятно, что до покупателей эти вещи не дойдут.
Есть ли у вас талисман?
Нет. Никогда не было.
Как вы снимаете стресс?
По-разному… Смотрю хорошие фильмы или ем торт.
Какая мелодия стоит у вас на мобильнике?
На каждый звонок — своя мелодия.
Каков ваш психологический возраст?
Я остановилась примерно на двадцати пяти.
Ваш любимый афоризм?
«Я мыслю, значит я существую» и еще «Волков бояться — в лес не ходить!»
Вообще мировая мода 50-х мне нравится, и мне очень жалко наших женщин, которые всего этого были лишены. Кстати, у меня в фильме вся одежда из того времени. Наш художник по костюмам нашел в Питере женщину, которая предоставила нам даже настоящие чулки 50-х годов.
Евгения Брик, скажите, работать на съемочной площадке с мужем было тяжело?
Вы знаете, мне кажется, с таким режиссером, с таким мастером не может работаться тяжело. Это касается и меня, и остальных актеров. Валера со всеми одинаков, на площадке никогда не обсуждается, кем мы приходимся друг другу. В одной передаче меня как-то спросили: «Не репетируете ли вы дома?» Так смешно, как будто нам больше нечем заняться!
На пробы «Стиляг» меня пригласила его ассистентка, Валера ничего об этом не знал. Когда я ему сказала, что меня пригласили к нему на пробы, он ответил: «Прекрасно, приходи. Будешь лучше всех — получишь роль».
То есть никаких поблажек не было?
А какие тут могут быть поблажки? Это же его фильм! Если он возьмет актера, который ему не подходит, он же погубит свою работу. Настоящий режиссер никогда не возьмет на роль друга, брата, свата, если их качества не отвечают профессиональным требованиям.
Сложно не переносить какие-то ссоры, споры с площадки в личную жизнь?
Я снялась у Валеры в двух фильмах и, слава Богу, пока у нас не возникало серьезных творческих споров и конфликтов. Естественно, какими-то своими переживаниями, связанными с работой, я с ним делюсь, как и он со мной. Мы — нормальные люди, поэтому рассказываем друг другу что-то интересное, что произошло за день. Но у нас нет такого, чтобы мы говорили только о съемках, только о кино, у нас столько других тем для обсуждения! Так что разговоры о работе не занимают большого количества времени.
Наверное, коллеги вас немного побаиваются: вдруг вы дома расскажете все, что они думают и говорят о своем режиссере и съемках?
Я этого очень боялась! Раньше я снималась в нескольких проектах, одним из продюсеров которых был Валера. Когда мои партнеры узнавали о том, что мы вместе, они настораживались, начинали присматриваться ко мне, изучать: а как она будет себя вести?
Наверное, многие думали, что я буду выпендриваться. Но пообщавшись со мной день-два, они понимали, что я нормальный человек, не стоит меня бояться. К счастью, я не встречала еще людей, которые бы в моей ситуации пользовались бы подобным положением. Все актеры, с которыми я снималась, даже зная про мою личную жизнь, исходили из моего характера, оценивали меня как личность, а не как жену режиссера. По-моему, со мной все общаются довольно искренне.
Евгения Брик, вы часто ходите на премьеры? Следите за творчеством своих коллег?
Я стараюсь ходить на премьеры, потому что в последнее время много хороших картин снимается. Но я не могу сказать, что это происходит очень часто, потому что мы живем за городом. Для нас выехать в центр — это целая история, и когда есть возможность никуда не выезжать, я просто сижу дома, делаю свои дела, а фильмы потом покупаю на дисках.
То есть вы человек не светский?
Светской жизни я по большому счету не веду. Все эти мероприятия вроде презентаций я не посещаю. За последнее время я выбралась только на «Нику» и на премию MTV, да и то потому, что была на них номинировна. Я просто подумала, что не ходить на церемонию, когда ты номинирована, — это уже совсем… глупо!
Скажите честно, вы по своей воле уехали за город, или потому, что супруг настоял на этом?
Я очень люблю находиться дома, я домосед. Не люблю не то что тусовки — меня даже отдыхать никуда не вытащишь. Я в этом смысле очень выгодная! Я не люблю ни наряды, ни роскошный отдых. Обожаю Америку, вот туда мы ездим. Уехать на два-три месяца пожить там — это огромное удовольствие для меня, а вот отправиться куда-то, чтобы лежать на пляже в пятизвездочном отеле… Это не для меня. Хотя я понимаю, что отдыхать надо, но такой отдых меня угнетает. У нас тут так хорошо: тут и моя любимая собака, и мама, и сестра к нам приезжает. Я очень люблю находится дома. Мы можем сесть за стол всей семьей и за чашкой чая проговорить 24 часа подряд. А куда-то пойти, накраситься, одеться… Особенно я не люблю эти вечеринки после премьер, для меня это пытка: играет музыка, поговорить невозможно, все с какими-то тарталетками толкаются…
А какая у вас собака?
Лабрадор. Ее зовут Ника. Так что одна Ника у меня уже есть!
Евгения Брик, а время на хобби у вас остается?
Я очень много читаю, хотя это, наверное, не хобби. Я не пристрастилась к каким-то таким вещам как вязание, вышивание. А вот залечь с книжкой и прочесть книгу — хоть целиком за один день — это я люблю.
Еще люблю пересматривать любимое кино, пока глаза из орбит не выскакивают. Люблю и старые фильмы, и современный кинематограф, я всегда смотрю те фильмы, которые выдвигаются на «Оскар», смотрю то, что советует Валера. Он очень хорошо разбирается в кино, к нему можно прислушаться. Мне нравится порой поехать на Горбушку и порыться там в поисках какого-нибудь старого фильма.
На Горбушку? Вас же там, наверное, на части рвут — пристают с автографами?
Мне все говорят, что я настолько по-разному в разных фильмах выгляжу, что меня трудно узнать на улице. Но после «Стиляг» — это поразительно! — началось узнавание. В метро, в кафе ко мне подходят люди, стесняясь, выражают свой восторг, что ужасно приятно. Видимо, очень много людей посмотрело именно этот фильм. Но я понимаю, что это не мой успех — это успех фильма. Я болею за работу в целом, поэтому очень радуюсь, когда люди хвалят не меня, а фильм. А еще я у нескольких людей на телефонах слышала «Скованы одной цепью», и это тоже очень здорово!
