На главную
 
 
 

В Риме вальса
Автор: Катажина Тринне / 07.05.2014

Меня зовут Анфиса. С детства у меня было всего лишь две больших мечты, из разряда тех, которые рассказываешь Деду Морозу, даже когда перестаешь в него верить, просто, на всякий случай, а вдруг, если вы понимаете, о чем я… Многим эти желания показались бы до банальности простыми, обыденными, в самом неприятном значении этого слова, впрочем, чего еще ожидать от такой до тошноты среднестатистической девушки? Так или иначе, сегодня мои грезы наконец-то стали реальностью, правда… только наполовину.

Так или иначе, сегодня мои грезы наконец-то стали реальностью, правда… только наполовину.

***

— Анфиса!

Я, охнув, выставила перед собой руки, упираясь в стену. Лола, секундой раньше едва не повалившая нас обеих, бесцеремонно привалилась к моей ноющей третий день спине и принялась обмахивать лицо объемным белым конвертом, иногда преувеличенно громко пыхтя, выравнивая дыхание.

Менеджер отдела, в котором я трудилась продавцом-консультантом, неодобрительно стрельнул глазами на мою подругу, теперь так интенсивно размахивающую своим импровизированным веером, что даже моя челка взлетала, потом обвел взором зал. Да, знаю — покупатели! А после того случая, когда неугомонная Лолита смела стенд с сумочками, попутно едва не раздавив собачку постоянной клиентки, ей запрещено даже после смены ждать меня на улице, не то что создавать чрезвычайные ситуации в самое «горячее» время суток.

Со вздохом поведя плечом, сталкивая голову Лолы, я жестами показала начальнику, что иду на перекур и, пока он не успел возразить, едва ли не бегом припустила к выходу, таща за собой незваную гостью.

— Надеюсь, это не визит вежливости, любимая, и ты действительно хочешь обсудить что-то важное!

Лолита мотнула головой, потом закивала и, зачем-то закрыв мне рот ладонью, заверещала:

— Мы летим в Италию!

Это было последнее, что я ожидала услышать. Что? Италия? Нет-нет, так не бывает, потому что… Да нет, просто невозможно и объяснять нечего!

Рой мыслей, жаливших мозг похлеще любых пчел, похоже, сместился ниже — теперь покалывало кожу лица, шеи, кончики пальцев. Подруга, искренне забавляясь подобной реакцией, наконец обхватила меня за талию и завертела в ритме вальса, смеясь и визжа, когда мои одеревеневшие ступни впечатывались в мысы ее сапог:

Остановившись, держась за левый бок и дыша как лошадь после скачек, Лола повертела над собой заветным конвертом.

— Анфиска, я же говорила, что все получится, а ты не хотела участвовать, вот видишь!

Остановившись, держась за левый бок и дыша как лошадь после скачек, Лола повертела над собой заветным конвертом.

Несмотря на то, что он уже был в наших руках, до сих пор не верилось, что глупая авантюра — приобретение профессиональной косметики и дальнейшее участие в фотоконкурсе, где нужно было создать образ, используя покупку, — обернется подобной удачей. Я, например, вовсе ничего не ожидала и даже успела забыть обо всем.

— Не может быть, — голос предательски охрип. — Ты шутишь, я не куплюсь на подобные уловки!

Надувшись, Лолита протянула конверт и, пока я трясущимися пальцами доставала письмо от редакции журнала, устраивавшего конкурс, с прикрепленными к нему голубыми глянцевыми полотнами билетов, ловила языком снежинки, размышляя:

— Может, чего только ни случается, просто нужно чаще верить в чудеса.

И теперь уже я, облегченно засмеявшись и чувствуя, как влажнеют ресницы, притягивала подругу к себе.

— Эй, я все еще обижена! — ладони уперлись в мою грудь, толкая так, что я, проскользив по тропинке, впечаталась в автоматические двери, и те услужливо открылись, не препятствуя такому красивому, если не ваш затылок ударяется о плиты, падению.

На миг все вокруг потемнело, потом я увидела напротив перепуганное, искаженное тревогой лицо Лолы и кривовато усмехнулась, рисуя в мыслях приятные картины того, сколько нелепых поручений она выполнит, прежде чем отступит чувство вины.

Определенно, меня ждут лучшие каникулы!

***

— Анфиса, — Лола жалобно постанывает, таща за собой мой чемодан и изредка останавливаясь, чтобы поправить сумку на своем плече.

Рим открылся уже здесь, в аэропорту, стоило только самой пошире распахнуть глаза и притвориться невидимой…

Я не оборачиваюсь, мне кажется, словно вокруг открылся совсем другой мир, такой, каким я и рисовала его в воображении на протяжении девятнадцати лет жизни — люди так открыто демонстрировали чувства: пары целовались, ссорились, дети носились, как заводные, маленькие собачки на руках потрясающе красивых женщин тявкали, вторя общему ритму бесконечного движения. Признаться, расхотелось двигаться дальше, Рим открылся уже здесь, в аэропорту, стоило только самой пошире распахнуть глаза и притвориться невидимой…

— Давай помогу!

Приятный баритон явно не мог принадлежать Лоле, потому я вынуждена была все же повернуться, как раз тогда, когда ручка моего красного чемодана переходила невысокому худощавому парню с короткими взъерошенными светло-русыми волосами, и возмутиться:

— Вообще-то это мое!

Парень удивленно изогнул брови и шутливо перегнулся через Лолу, протягивая мне ладонь:

— Тогда помогу тебе, я Антон!

Не сдержавшись и ответив на улыбку, я приняла и рукопожатие:

— Анфиса.

— А я Лолита! — не спрашивая разрешения, подруга всучила нашему новому знакомому и свою сумку, ни капли не смутившись под моим укоризненным взглядом. — Мы победили в конкурсе, и поездка в Италию — наш приз, а ты здесь какими судьбами?

— Ничего интересного, — Антон зашагал вперед — мы поспешили следом. — Что-то вроде программы по обмену студентами…

— Ух ты! — восторженно пискнула Лолита. — Будешь жить в семье?

Я, не сдержавшись, фыркнула: подруга решила не терять ни минуты и активно флиртовала. Антон, кажется, был совсем не против.

— Да, меня должны встретить и отвезти домой, а вы?

— У нас забронированы номера в отеле, такси должно дожидаться на площади.

Я, не сдержавшись, фыркнула: подруга решила не терять ни минуты и активно флиртовала. Антон, кажется, был совсем не против.

За разговорами мы добрались до стоянки, и ритм Вечного города снова забился вокруг, превращая в мотылька, мчащегося на свет, которого теперь, в канун Рождества, хватало с избытком — гирлянды оплетали здание аэропорта, спускаясь зелеными лианами вниз, до земли, перенося в таинственный мир джунглей и приключений, которых так желало юное сердце.

Если бы Антон шутливо не потрепал по плечу, я вряд ли бы рискнула пошевелиться, боясь утратить очарование момента, а так, пришлось:

— Анфиса, Лолита, был очень рад познакомиться! Спасибо, что оставила номер, встретимся вечером, — и, насвистывая, зашагал прочь.

Мы помахали вслед, и я с изумлением обнаружила, что зазывно улыбаюсь. Стоп! Он сказал, встретимся вечером?!

***

— Ты так хорошо знаешь язык!

Антон уверенно шагал по тротуару, ведя нас за собой, я даже не заметила, в какой момент мои и его пальцы переплелись:

— Я часто бывал в Италии с родителями, их любимая страна, мама с детства ею грезила!

— И Анфиска тоже! — радостно вставила Лолита, и я едва не поперхнулась, бросая на нее устрашающий взгляд.

— Правда?

— Да, правда. У меня было всего две мечты…

Внезапно Лола резко остановилась, едва не врезавшись в добродушно улыбающегося мужчину с седыми бакенбардами и кустистыми бровями. Он отчаянно жестикулировал и указывал на кафе, которое мы проходили.

Мы помахали вслед, и я с изумлением обнаружила, что зазывно улыбаюсь. Стоп! Он сказал, встретимся вечером?!

— Что он хочет?

Антон, переключив внимание на себя, вскоре пояснил:

— У них открылось новое кафе и они проводят мастер класс по приготовлению пасты…

— Я в этом спец! — уверенно оборвала Лола и протиснулась ко входу мимо мужчины.

Я лишь ресницами захлопала:

— С каких пор?

— Как мама стала разъезжать по командировкам, уж что-что, а макароны я варить научилась!

***

— Вечно ты меня недооцениваешь! — вопила Лолита, потрясая бутылкой вина, полученной за отлично приготовленную пасту. Мне в самом деле понравилось, хотя большая часть досталась Антону.

— Прости-прости.

Отмахнувшись, Лола протянула трофей парню:

— Открывай!

Антон округлил глаза:

— Ты что серьезно предлагаешь пить на улице?

— Ну да, а что?

— Это… не разрешено.

Ответ мою неугомонную не удовлетворил, и она, осмотревшись, потянула под арку, за которой была широкая лестница, ведущая на верхнюю улицу.

Взбежав повыше, Лола уселась на ступеньку и похлопала рядом с собой.

— Она всегда такая ненормальная?

В его голосе слышалось восхищение.

— Вечно ты меня недооцениваешь! — вопила Лолита, потрясая бутылкой вина, полученной за отлично приготовленную пасту.

В моем — гордость:

— Конечно!

***

Вино быстро ударило в голову, приятная тяжесть в животе и полюбившееся биение жизни вокруг, мелодичная, сексуально-тягучая, как патока, мелодия итальянской речи. Я даже не сразу поняла, что играет музыка. Вальс. Венский вальс.

Осознав, завертелась вокруг и увидела уличных музыкантов, а рядом Лолиту. Она отсалютовала, а я лишь недоверчиво покачала головой. Ее губы беззвучно шевельнулись: «В расчете».

— Можно тебя пригласить?

От Антона пахло одеколоном и ягодами, видимо, из-за вина. Так не бывает.

Его руки обхватили мое тело, не дожидаясь ответа. Мы кружились плавно, потом все быстрее, так что лицо Лолы сливалось со светом фонаря, пока я не споткнулась.

Он остановился, заботливо придерживая за локоть, а потом наклонился, и мои губы оказались в прохладном плену его рта. Словно так и надо.

Обычно я никогда так не поступаю, но сейчас это никого не волновало. В первую очередь, мою совесть.

Я ответила на поцелуй, вжимаясь в него всем телом, и под веками вспыхнули оранжевые огоньки.

А потом…

Все завертелось, и мне показалось, будто я скольжу назад, исполняя «Лунную походку», а мимо проносятся — поцелуй-танец-вино-паста-кофе-отель-такси-аэропорт-Лола…

…Встревоженное, побледневшее лицо Лолиты надо мной.
И я.

Я лежу на полу. В торговом центре, где работаю. Двери все так же вертятся, но никто не заходит. Я не разбираю слов, которые мне говорят, нет ни тошноты, ни боли.

Краем глаза замечаю небо. Такое огромное прозрачно-серое, дымчатое, просыпающее пригоршнями снег. Оно здесь, надо мной, и там, над площадью Рима, где кто-то танцует вальс.

Обычно я никогда так не поступаю, но сейчас это никого не волновало. В первую очередь, мою совесть.

***

Меня зовут Анфиса. С детства у меня было всего лишь две больших мечты, из разряда тех, которые рассказываешь Деду Морозу, даже когда перестаешь в него верить, просто, на всякий случай, а вдруг, если вы понимаете, о чем я… Многим эти желания показались бы до банальности простыми, обыденными, в самом неприятном значении этого слова, впрочем, чего еще ожидать от такой до тошноты среднестатистической девушки?

Я мечтала провести каникулы в Риме и станцевать вальс на городской площади, а еще… Жить вечно.
Банально, согласитесь?

Так или иначе, сегодня мои грезы наконец-то стали реальностью, правда… только наполовину.



 

Ваше мнение  

Оставить комментарий
 

Что не так с этим отзывом?

Оффтопик

Нецензурная брань или оскорбления

Спам или реклама

Ссылка на другой ресурс

Дубликат

Другое (укажите ниже)

  OK
Информация о комментарии отправлена модератору