На главную
 
 
 

Танго Милонга
Автор: Домино / 20.09.2016

Я осторожно вынул из конверта тяжёлый шеллаковый диск, погладил тёмно-синий кружок этикетки с золотистой надписью «Syrena Elektro» и, бережно придерживая пластинку, опустил её на сукно неподвижного круга. Прокрутил ручку завода пружины.

Звонок. Михель. Пальто в тающей снежной мороси водружено на вешалку. Широкополая фетровая шляпа закачалась на косульих рожках, укреплённых на стене.

Дубовый паркет в большой комнате натёрт до блеска. Из мебели — тумба с патефоном, стеллаж с пластинками, кофейный столик и два кресла. Огромное зеркало во всю стену.
Дважды в неделю мы встречались, чтобы танцевать танго.

Мужской вариант танца я привёз из Аргентины. Танго криольо. Показал своему другу Михелю. И с тех пор мы заболели им. Ничто не могло сравниться с мужским танго по силе ощущений. Это стало нашей страстью. Вскоре мы могли дать фору профессиональным милонгеро.

Наметили программу: «Брызги шампанского», «Кумпарсита» Херардо Родригеса, «Por
una cabeza» Гарделя, «Последнее воскресенье» и «Сладчайшее танго» Ежи Петербургского, обожаемое Михелем «Танго Милонга» в исполнении Фогга. И, вишенка на торте, Пола Негри с Notturno.

Удивительная музыка! Гордая и страстная. Каноны и импровизации. Никогда мы не были такими свободными и счастливыми, как в те минуты, когда танцевали танго.

Наше любимое — «Брызги шампанского» де Люкьеси. Начали движение навстречу друг другу из противоположных концов комнаты. Левая рука поднята и придерживает руку воображаемой партнёрши. Правая рука чуть отведена в сторону, словно заключает в объятия невидимую танцовщицу. Делаем «кадену», цепочку шагов: вперёд — в сторону — назад — в сторону. Сближаемся. Рывок навстречу, опережаю Михеля на долю секунды. Выход, «салида», я веду.

В мужском танго нет подчинения и сопротивления. Соперничество без сексуального подтекста. Это танец равных.

Одно танго сменялось другим. Танец становился всё более стремительным. Это уже милонга с её бешеным темпом. Удвоенная, учетверённая скорость по отношению к основному ритму. Пробежка, остановка, поворот бёдер, круговой танец вокруг партнёра, махи ногой назад и в сторону. Круг на полу, вычерченный носком туфли. Мы менялись ролями в течение считанных секунд за время одного танго. Были зеркальным отражением друг друга.

Танцевали, прерываясь на короткие минуты отдыха. Открывали окно в эркере, курили, посматривая вниз, где редкие прохожие выписывали затейливые вензеля на обледеневших тротуарах. Если высунуться из окна подальше, можно было разглядеть заснеженные фасады и крыши домов, и угрюмую громаду замка. И надо всем — тёмное небо в колючих кристаллах зимних звёзд.

Телефонный звонок раздался, когда мы, уставшие и разгорячённые, присели выпить кофе. И гадать не надо: трибунал. Сердце неприятно ворохнулось. Я ненавидел вечерние вызовы.

Уходя, оглянулся. Михель сидел в кресле, устало вытянув длинные ноги. Набриолиненные чёрные волосы тускло отсвечивали в свете торшера. Тёмные круги под глазами, щетина, проступившая на впалых щеках. Я выглядел не лучше. Кончалась музыка — душа и тело замирали.

Коридоры, безлюдные по вечернему времени, повороты, лестница в подвальное помещение. Я спускался вниз свободным человеком, которому ничто не угрожало, а каково им? Тем, кто проходил этот путь в последний раз.

Зал разделён надвое тяжелым суконным занавесом. Портрет фюрера на стене. Ядовитые олеандры в кадках.

Окружной военный трибунал приступил к завершающей фазе работы. Ввели осуждённого, зачитали приговор. Секретарь суда повернул рычаг, и занавес медленно отошёл в сторону, открывая её, королеву этого подземного государства — гильотину.

Со времён Французской революции ничего не изменилось: падающее косое лезвие, вертикальные направляющие и горизонтальная доска, на которую укладывали казнимого. Вот только в движение эту гильотину приводило электричество.

Палач, сухонький, корявый человечек, после зачтения приговора увёл осуждённого на свою территорию. Секретарь с явным облегчением задёрнул занавес. Не помню, чтобы смертники сопротивлялись или как-то по-иному пытались отсрочить неизбежное. Я предпочёл бы расстрел или даже повешение, но только не гильотинирование. Одна мысль об отделении головы от туловища приводила меня в ужас.

Звуки казни: жужжание электропривода, приводящего в движение лебёдку, лязг опускаемого лезвия, тупой стук падающей в ведро отсечённой головы.

В этот декабрьский вечер сорок третьего года были казнены три человека. Двое мужчин из польского Сопротивления и женщина-немка за убийство двух офицеров.

Наступил черёд действовать мне, врачу трибунала. Я прошёл за занавес и констатировал смерть осуждённых. Они уже лежали в глубоких цинковых ящиках, руки вытянуты вдоль туловища, головы — в ногах. Может ли остаться в живых человек, которому сорокакилограммовое стальное лезвие снёсло голову? Констатация факта такой смерти — нелепый фарс. Но моя миссия на этом не закончилась. Я проследил, чтобы закрыли ящики. Секретарь передал мне заверенный подписями и печатью список казненных.

Надзиратели подхватили ящики с телами и, сопя и кряхтя, поволокли запутанными переходами в туннель, ведущий к нижней платформе вокзала. Там перегрузили в спецвагон поезда, идущего в Данциг. Я отправился с ними, только в более комфортных условиях.

Старший препаратор данцигского Фармакологического института фон Барген дотошно осмотрел трупы и остался недоволен.

— Вы их голодом морили? Одни мослы, как у старых кляч.

Я возразил:

— Мне кажется, что для уроков анатомирования худощавые покойники предпочтительнее толстых: нет жира подкожного и внутреннего, обволакивающего органы.

Фон Барген уставился на меня маленькими близорукими глазками.

— Боюсь, мне придётся лишить вас, в некотором смысле, невинности, господин Ульбрих. Вы уже третий раз сопровождаете тела казнённых. Учитывая, что наше сотрудничество будет продолжаться и в дальнейшем, считаю необходимым посвятить вас в некоторые особенности предстоящей работы. Итак…

После этого я пил два дня. Пил так, как никогда до этого, и так, как почти постоянно потом. Но сколько бы я не вливал в себя коньяка, мне казалось, что тяжёлый запах адской смеси из каустической соды, человеческого жира и бензальдегида впитывался в кожу и волосы. Как леди Макбет, я постоянно смывал с рук воображаемый жир, а вечерами часами отмокал в ванной.

Несколько раз запрашивал разрешения вернуться домой, но следовал отказ. В феврале и марте из трибунала прибыло ещё несколько цинковых ящиков. Я под разными предлогами отказывался принимать эти «посылки», зачастую просто подписывал акты приёмки, а в лаборатории появлялся лишь изредка, да и то в сильнейшем подпитии.

Мне было так плохо, что я даже не звонил другу. Музыка ушла из моей жизни.
Терпение фон Баргена лопнуло, и он предложил мне отдохнуть. 

Через три с лишним месяца после отъезда я возвращался домой совершенно больным человеком. Была ли моя реакция на опыты фон Баргена чрезмерна? В конце концов, во все времена из человеческих трупов готовили анатомические препараты, в том числе скелеты, для изготовления которых требовалось вываривать тела.

Так в чём же дело? Почему это меня перевернуло? Впрочем, что кривить душой. Конечный продукт: мыло из человеческого жира. Я увозил с собой картонную коробку с серыми брусками. Мне поручили найти отдушку, способную перекрыть вонь, с которой не мог справиться даже бензальдегид с его запахом горького миндаля.

Переступив порог квартиры, сразу же позвонил Михелю. Трубку взяла его сестра. Прошелестела: Михель арестован, осуждён и казнён. Его, военного инженера, обвинили в пособничестве польскому Сопротивлению. Процесс был закрытым. В извещении сообщалось, что приговор приведен в исполнение в конце марта. Тело Михеля семье не выдали.

Тело! Я покрылся холодным потом. Вскочил и снова упал в кресло. Стены комнаты сомкнулись вокруг меня. Я принимал этот груз! При мне вскрывали ящики, а я даже не смотрел. И бумаги подмахнул не глядя. Это был производственный процесс, которым руководили экспериментаторы профессор Шпаннер и фон Барген.

Я надеялся, что вернусь в свой замкнутый мир, пронизанный звуками танго, и смогу обо всём забыть, отбросить этот ужас. И вот я здесь, но моё убежище разрушено смертью друга, неожиданной и жестокой.

Пытаюсь сохранить надежду: возможно, Михель кремирован. Смерть остаётся смертью, но всё-таки огонь, превращающий тело в пепел, это не каустическая сода в чане для выварки.

Снова кидаюсь к телефону. Пальцы дрожат, набор номера срывается. Наконец, трубку берут. Тягучий, словно разогретый вар, голос секретаря трибунала.

— Мне надо кое-то уточнить, — говорю я. — Напомните, пожалуйста, фамилии казнённых по приговору трибунала в марте.

Гильотинированы четыре человека. Второй в списке — Михель Гаузе. Тела отправлены в Данциг.

Опускаю трубку на рычажки. Иду в прихожую и беру с подзеркальника пакет. Бережно, словно боясь причинить боль заключённым в нём людям, несу в комнату.

Ставлю «Танго Милонга».

«Танго Милонга, танго моих мечтаний и снов, пусть услышу его в последний раз».
Закрываю глаза и вижу наши тени, скользящие по навощенному паркету. Две минуты звучит голос Мечислава Фогга. Две минуты и вся жизнь Михеля.

Ощущение утраты такое острое! Рыдания сотрясают меня. Не могу и не хочу их сдерживать. Самое страшное и непоправимое, что к этому напрямую причастен я. И фон Барген, и Шпаннер, которые не остановятся никогда.

«Вальтер» пригрелся в моей руке. Оружие ближнего боя, магазин на 8 патронов. Заглядываю в канал ствола, откуда могла бы вылететь моя смерть.

Но есть две вещи, которые я никогда не сделаю: не станцую больше танго с Михелем и не застрелюсь.

Снова набираю номер телефона секретаря трибунала. Сообщаю, что готов сопровождать очередной груз в Данциг.

Возвращаю «Вальтер» в кобуру. Думаю, фон Барген и Шпаннер будут неприятно удивлёны.

В последний раз слушаю «Танго Милонга». Пора.



 

Ваше мнение 27  

Оставить комментарий
  • Автор, дайте ссылку на полную версию и другие рассказы. По поводу рассказа - Браво!
  • Домино / 4 окт 2016
    Не понимаю ВАЛЛИН. Откуда столько злобы? Зачем регулярно публиковаться на сайте, если он так плох?
    • Изабелла Валлин / 4 окт 2016
      когда я появилась здесь впервые тоже бывало выигрывали банальные слашявые тексты. были и хорошие периоды. были интересные авторы. надеюсь ещё появятся. неужели вы с DEAR думаете что можете всоей ерундовой писаниной распугать других авторов?
      • Домино / 4 окт 2016
        Куда уж мне до вашей прозы. Даже не пытаюсь достичь таких высот. Иногда мне нравится то, что вы пишете.Буду рада вашей победе. Но тон вашей полемики считаю возмутительным. И, надеюсь, мои рассказы никого не пугают. Авторы как писали, так и пишут. Много новых интересных имён.
    • Поздравляю с заслуженой победой! А рассказы Валлин читать невозможно, я пыталась! И на других сайтах и на этом! Не расстраивайтесь Домино! Это просто зависть и злоба. При отсутствии таланта, вакуум заполняется..злобой и завистью)
      • New Moon (Интернет) / 6 окт 2016
        Это подсадная утка редакции, чтоб раздуть скандал и поднять рейтинг этого дешевого журнала. Рассказы ИВ читать невозможно, а гневные отзывы - это не зависть, а искусственно раздутый редакцией скандал.
      • Талант достигается путём тренировок. Человек не рождается с талантом.
  • Изабелла Валлин / 3 окт 2016
    эксперт по варке мыла из человеческого жира- посмотрите фильм "бойцовский клуб". кукушка хвалит петуха за то что хвалит он кукушку. этот литератуоный сайт сгнил окончательно.
    • New Moon (Интернет) / 3 окт 2016
      Что и требовалось доказать - я не сомневалась в победителе, открыла только затем, чтоб увидеть, успела Изабелла тут наследить. Вуаля
  • Поздравляю Вас , Домино ! Впрочем я как-то и не сомневалась в Вашей победе . Рассказ настолько потряс меня , что я даже не нахожу нужных слов , а банальности писать не хочу )) Это высший пилотаж ! Пишите , Мастер ! И да - где можно прочитать рассказ целиком ?
  • Нина / 1 окт 2016
    Поздравляю с заслуженным 1м местом. Рассказ потрясающий, и даже "обрезание" ему сделано с большим толком.
  • Поздравляю, ДОМИНО, так искренне, что не передать словами! Этот, только этот рассказ должен быть в топе. Его надо читать и - внимание, режиссёры, сценаристы! - экранизировать. Это надо помнить, знать, чтобы никогда не повторилось. Танцевать надо, господа, но не другое.
  • free yuliya (провинциальный) / 1 окт 2016
    Поздравляю! Заслуженная победа.
  • Чипулёнок (ПерекатиПоле) / 23 сен 2016
    Сильно. До мурашек... Только зря вы, Домино, урезали рассказ. Не стоит такие жертвы приносить ради участия в конкурсе, ваши способности позволяют создать новое. Если дадите ссылку на сайты, где вы публикуетесь вне конкурса, с большим удовольствием познакомлюсь с вашими вольными произведениями. Плюс.
    • Сильно, ничего не скажешь, как "Иди и смотри", фильм закончился, свет включили, а зрители сидят, только шаги билетёрши слышны, идёт дверь входную открыть. Думаю, нет тут жертвы, рассказ и в этом варианте, повторюсь - шедевр. Шедевр есть шедевр где бы он ни был, но здесь на Kleo он играет всеми красками, в том числе и музыкой из-за темы. По окончанию месяца читатели, зайдя на сайт почитать, обычно читают только победителей, поэтому этот рассказ должен стоять в их числе, не то обидно будет за него, как впрочем за предыдущие рассказы Домино, и "Помнить всё".
  • домино (Калининград) / 22 сен 2016
    Да, НИНА, вы правы. Мой ГГ работает в военном трибунале, констатирует смерть казненёных и это для него хоть и неприятный, но привычный фон военной жизни. Но вот он сначала соприкоснулся с циничной переработкой людей на мыло, к чему он явно не был готов, а потом гибель друга. И всё, уже никакой музыкой не заслониться. То, что касается непосредственно нас самих, иногда переворачивает жизнь. Необратимо.
  • Любовь / 21 сен 2016
    Как всегда рассказ литературно красиво описан. В этом нет вам равных здесь на Клео. Тема войны, фашизма всегда трогают душу до слёз.
  • Любовь / 21 сен 2016
    Как всегда рассказ литературно красиво описан. В этом нет вам равных здесь на Клео. Тема войны, фашизма всегда трогают душу до слёз.
  • домино (Калининград) / 21 сен 2016
    Искренне благодарю за подробный и точный комментарий. Вы очень верно подметили некоторый дисбаланс в рассказе, но он возник из-за того, что изначальный вариант насчитывал 23 тысячи знаков и был более развёрнут в сторону личных взаимоотношений. Было больше психологических нюансов. Пришлось многое убирать, в том числе и вывести из текста сестру Михеля, ушла атмосфера немецкого города, живущего затаённой военной жизнью. Конечно, это не пошло на пользу оставшемуся тексту. Учту при дальнейшей работе с рассказом. Ещё раз спасибо за отзыв. Кстати, я живу в городе, где находился трибунал, и была в здании, где стояла гильотина. И дом, в котором друзья танцевали танго, существует до сих пор. Он реален.
    • Дорогая Домино, я предполагала, что рассказ был сокращен. Это не пошло ему на пользу. Если позволите, дам совет, никогда себя не обрезайте, берегите написанное, публикуйте в других журналах, конкурсах, где нет ограничений по знакам. Их много. Это вывод из личного опыта: лучше наиисать новое, чем перекраивать старое. Вы сильный автор, здесь вам не с кем состязаться, ищите площадки по себе.
  • Плюс, конечно! Какой замечательный слог! Что касается содержания... Предупреждаю, это моё чисто личное, абсолютно субъективное мнение, и высказываю я его из чувства уважения к автору, потому что считаю, что автору это надо. Мне кажется, Домино ставит себе высокую планку, но не достигает ее. Но если автор сама удовлетворена результатом, то я беру свои слова обратно. Так вот. Наверное, я просто очень много читала и смотрела о зверствах фашистов свидетельств очевидцев, чтобы еще раз ужаснуться. Энергия повествования иная - все-таки есть ощущение, что автор сама такого не пережила, использует читанное и виденное. Таким образом, в центре повествования ничего нового, но оно отодвигает, делает второстепенным то, что автор знает лучше: духовные переживания. Эта тема слегка сдвинута по отношению к описанным зверствам. Не столько герою сопереживаешь, сколько ужасаешься мылом из людей. Может быть, (мои размышления) не стоило так уделять внимание фашистским ужасам, а больше акцентировать духовную драму: невольное уничтожение любящим человеком своего любимого. Мне понравилось, как деликатно автор обошла тему близости мужчин, "завернула" в танец, но танго - танец чувственный, а где чувственность, там и интимные отношения. И это хорошо, это усиливает связь, а значит, и драму в целом. К танго ничего не добавишь, близость мужчин, переданная через музыку, танец - их отношения, всё на месте. Хочется просто убрать избыток "мыльного" ужаса, мне кажется, достаточно кульминационного события - ужаса невольной казни.
  • домино (Калининград) / 20 сен 2016
    НИНА. Спасибо. Мужское танго можно посмотреть в интернете: микс - HERMANOS MACANA. Танцуют профессионалы, между прочим, братья -Enrique and Guillermo de Fazio.
    • Домино, перечитала еще и еще раз с "Ощущение утраты такое острое! Рыдания сотрясают меня." до конца. Вспомнилась вдруг девочка Оля, познакомились в детском санатории, мне 7 лет, ей 12. Ее отправили на море в утешение. Оля горевала о любимой канарейке, которой свернул шею заскочивший в квартиру соседский кот, а мы искренне сопереживали Оле. К концу смены она дорассказала, что по-тихому изловила этого кота и сдала на мыловаренный завод за 1 руб 42 коп. Тогда стала реветь я, представляя уютный меховой живот и мурчанье котейки. А Оля и говорит: "Да брось ты! Добавят концентрат, напишут "мыло земляничное". На следующее лето меня отправили в санаторий для аллергиков, непонятно откуда взялась аллергия на мыло. Проассоциировалась история с вашим рассказом.
      • А я не знала про мыло, шок испытала. О Данциге, гильотине читала. И я перечитываю, так потряс меня рассказ. Возможно в полном объёме он совершенно хорош, но и сейчас не меньше. О близости между мужчинами у меня не возникла абсолютно мысль, это ведь танец (!) и сказано ясно - "Соперничество без сексуального подтекста". Нина, ваша история с Олей такая шикарная для прошлого месяца. Почему не воспользовались?
        • Да вот, как-то, вспомнила историю с Олей только в контексте этого рассказа. Тогда, в мои 7 лет, не особо задумалась о канарейке. У нас котик тогда был, мягкий, ласковый. И некастрированный. Гулял, где хотел, а домой то мышку приносил, то просто морда в перьях. А мы умилялись охотничку. Восприняла рассказ, как параллель: страдаем и сочувствуем, если с собственной жизнью связано, а если что-то постороннее - то и ладно. Как и гг рассказа.
  • Это ужасно-прекрасно. Жуткая история прекрасно рассказанная и написанная. Читала в четыре захода, по абзацам. Это когда не плачешь - слёзы сами текут. Это тот случай, когда сожалеешь, что не пьёшь совсем и что утро. И совсем не хочется копаться глубже. И не знать конец, а он есть. Это – рассказ победитель, но тот случай, когда не хочется говорить о конкурсе. Вы вывернули мою душу. Это просто должны читать режиссёры и увидеть мир. Спасибо, ДОМИНО, за рассказ. Спасибо Kleo за ДОМИНО. Поздравляю с шедевром!
  • Ну вот и дождалась! Конечно, плюс. В голову не приходило, что у двух мужчин может быть такое странное совместное хобби. Но Домино описала его с такой чувственной силой, что сомнений больше нет. Мало ли чего еще я не знаю об этой жизни... Разумно не затронут вопрос, были ли господа любовниками - не надо, иначе значительная часть ответных эмоций была б сублимирована в ненужном направлении. Язык, как всегда хорош. История глубока, сложна, а не простоватый лепет.
Оставить комментарий
 

Что не так с этим комментарием ?

Оффтопик

Нецензурная брань или оскорбления

Спам или реклама

Ссылка на другой ресурс

Дубликат

Другое (укажите ниже)

OK
Информация о комментарии отправлена модератору