На главную
 
 
 

Кольцо
Автор: Затупившееся перо / 20.08.2008

Кольцо- …и я поняла, что такой шанс бывает раз в жизни, поэтому улетаю сегодня вечером. Удачи тебе во всем! - короткие гудки. Никогда не умела разговаривать с автоответчиками.

От прошлой жизни я оставила себе пару костюмов и пустую фоторамку. Фотографию незнакомой женщины с моим лицом - порвала. Я уже не проживу ее жизнь - и не стоит напоминать себе об этом.

По официальной версии я улетаю в Лондон по приглашению крупного издательства. На самом деле путь мой лежит в город дождей и туманов, где каждую ночь разводят мосты и почти не бывает солнца. И где меня никто не знает и не ждет.
Я улетаю с одним чемоданом и твердым намерением никогда не возвращаться.

***
С Игорем мы познакомились, когда я заканчивала университет. Он зашел в нашу аудиторию вместе с пожилым доцентом - маркетологом, который лишь коротко представил его - Пахомов Игорь. Комментарии не требовались - имя Пахомова, занимавшего в рейтинге PR-специалистов страны второе место, знали все. Пахомов же, после продолжительных аплодисментов, спонтанно разразившихся в аудитории, заявил, что ежегодно проводит на нашем факультете курс лекций по социально-политическим технологиям рекламы, выбирая из будущих выпускников стажеров в свое агентство. Посещение по желанию, стажировка, естественно, тоже. Желание выразили все.

Комментарии не требовались - имя Пахомова, занимавшего в рейтинге PR-специалистов страны второе место, знали все.

Через пару недель я подошла к нему после занятий, чтобы обсудить один из неудачных, на мой взгляд, роликов социальной рекламы. Начатая на лестнице дискуссия продолжилась в соседней кофейне, а я незаметно для себя попала под обаяние Игоря и совершенно забыла о стажировке и возможном трудоустройстве.

Через месяц еженедельного кофе Игорь поставил меня перед фактом: он занятой человек, у него совершенно нет времени, а потому - не могла бы я с этого дня пить кофе у него дома. Во время завтрака. В тот момент я уже была отчаянно влюблена в него - и предложение приняла с восторгом, получив официальную возможность проводить с Игорем редкие часы его свободного времени. Вопреки ожиданиям студенческой общественности, я отказалась стажироваться в его агентстве и устроилась на работу самостоятельно. Я активно делала карьеру, хотела, чтобы он гордился мной, а он почти не слушал рассказов о моих достижениях. Но это было совершенно не важно. Потому что я его любила. И понятия не имела, любит ли меня он. Мы просто… встречались.

Он никогда не говорил мне о любви. Когда, устав от ожидания этих слов, я решилась произнести их сама, он улыбнулся, поцеловал меня в висок и потянулся к зазвонившему телефону.

Иногда я думала, что так не может продолжаться долго. Что-то должно произойти. И что-то - произошло.

Утром очередного рабочего дня я взяла со стола секретаря яркий журнал и, ожидая, пока сварится кофе, лениво пролистывала его, привычно отмечая удачные и неудачные рекламные находки, пока мое внимание не привлекла знакомая фотография.

«Пахомов раскрывает инкогнито» - называлась статья, в которой описывались подробности предстоящей свадьбы Игоря с «одной из известных столичному бомонду дамой». Зная журналистику изнутри, я отказывалась верить написанному ровно четыре абзаца. Но пятый цитировал руководителя личной пресс-службы Игоря, который полностью подтвердил слухи и даже назвал предварительную дату свадьбы.

Я активно делала карьеру, хотела, чтобы он гордился мной, а он почти не слушал рассказов о моих достижениях.

Пить остывший кофе было невкусно. Жить было невкусно тоже. Я давно отложила журнал и беспомощно оглядывалась по сторонам, когда на глаза мне попалось приглашение на бизнес-форум в Лондон. Две недели назад туда летали несколько журналистов нашей компании.
«Никогда не видела Лондон», - появилась в голове первая не связанная с Игорем мысль.

На следующее утро я вошла в отдел кадров с подписанным заявлением об увольнении. Быстро попрощалась с коллегами, объяснив свой спешный отъезд заранее подготовленными фразами, и покинула офис, в котором проработала четыре с половиной года.

Я точно знала, что весь сегодняшний день Игорь проведет на пресс-конференции. Это означало, что он обязательно отключит телефон, и мне придется говорить с автоответчиком. Я спокойно и ровно сообщила ему о внезапном приглашении в Лондон, сотрудничестве с известным издательством, шансе, который бывает раз в жизни и самолете сегодня вечером. Попрощалась и пожелала удачи. Мы просто встречались. Ничего личного.

***
Питерский аэропорт встретил меня прохладой и ливнем. Пассажиры суетились, искали свой багаж, волновались, что их не встретят или встретят не вовремя. Мне было некуда спешить, а единственным желанием было добраться до ближайшей гостиницы, проспать три дня, а после подумать о поиске жилья и работы.

Я села в первый попавшийся автобус, который довез меня до центра города. Гулять в поисках гостиницы с чемоданом в руках было неудобно, и я уже собиралась купить путеводитель или заговорить с кем-то из прохожих, когда на другой стороне улицы увидела вывеску «Отель Усадьба». И пешеходный переход в трех шагах от меня.
Усадьба так усадьба. Главное сейчас - выспаться.

- Я не имею в виду твое падение под машину, тут ты ничего не могла поделать. Но в остальном ты виновата сама.

***
Когда глаза немного привыкли к темноте, я обнаружила, что стою в маленькой комнате напротив массивной деревянной двери без ручки. Я прислонилась к ней лбом, пытаясь вспомнить, как я сюда попала.

- Замечательно, - заявила я запертой двери, поняв безуспешность своих попыток, - я потеряла память и, похоже, собственноручно замуровалась в кладовке.

В ответ дверь распахнулась, невысокий мальчик молча взял меня за руку, провел в круглую светлую комнату, посредине которой на единственном кресле, похожем на трон, сидел старик и, указывая на меня рукой, прошептал:
- Вот она, мессир.

Старик поднял на меня глаза, прищурился и покачал головой:
- Ты хоть представляешь себе, что ты натворила?

Я ничего не представляла, о чем и собиралась заявить, но старик не дал мне сказать ни слова.
- Я не имею в виду твое падение под машину, тут ты ничего не могла поделать. Но в остальном ты виновата сама.

Интересно, что я натворила на той улице? Осторожно, чтобы не рассердить старика еще больше, я осмотрелась вокруг. Старик замолчал и лишь пристально рассматривал меня из-под капюшона своего плаща.

- Ничего не понимаю, - пробормотала я, не рассчитывая, что меня услышат.
- А я тебе сейчас все объясню, - загадочно усмехнулся старик и жестом пригласил меня обернуться. В зеркале у меня за спиной мой абсолютный двойник отчаянно выяснял отношения с Игорем.

В зеркале у меня за спиной мой абсолютный двойник отчаянно выяснял отношения с Игорем.

- Куда это ты уезжаешь?
- Я все сказала твоему автоответчику. Меня пригласили в Лон…
- А я сегодня уволил своего пресс-секретаря. Из-за него у меня весь день насмарку - все интересуются моей предстоящей свадьбой с какой-то звездой и светской львицей. А я даже имени ее не знаю, представляешь? Слушай, пупса, прекрати меня дразнить. Ты никуда не едешь, тебе нечего делать в Лондоне. Твое место здесь, рядом со мной.

Пупса - это я. Так называл меня Игорь все четыре года нашей… дружбы. Привычное милое прозвище на этот раз прозвучало пренебрежительно. Я отвернулась от зеркала, и звуки наших с Игорем голосов сразу стихли.

- Теперь ты понимаешь? - старик поднялся из кресла и встал за моей спиной. - Ты могла бы остаться и все выяснить сама, но предпочла просто сбежать от проблем - и вот результат. Но еще не поздно. Здесь ты вне времени и вне пространства, ты можешь вернуться в любой момент своей прошлой жизни. Просто шагни в зеркало, и поговори с ним…

Старик торжествующе улыбался. Капюшон слетел с его головы, и прямо перед собой я видела его глаза - сияющие глаза хозяина жизни, вершителя судеб. Я вгляделась в его лицо. Знакомые черты, знакомые интонации голоса - словно передо мной стоял постаревший лет на пятьдесят… Игорь. Хозяин жизни. Моей жизни, ибо все эти годы я была полностью зависима от него и от своих чувств.

Я уселась на пол и жестом пригласила старика сесть рядом. В его глазах мелькнуло удивление, он сел и взглядом приказал мальчику покинуть комнату.

Вещь, у которой есть свое место и жизнь которой сама по себе не имеет никакого значения. Какая жизнь может быть у вещи?

- Если я шагну в зеркало - все станет таким, как до моего отъезда?
Старик кивнул. В зеркальной поверхности отразилась распахнутая дверь.
- Я не хочу возвращаться туда, к нему. Я была рядом с ним все эти годы, чего-то ждала, на что-то надеялась - и не замечала, как превращаюсь в удобную, привычную вещь. Вещь, у которой есть свое место и жизнь которой сама по себе не имеет никакого значения. Какая жизнь может быть у вещи?

Зеркальная дверь за моей спиной закрылась с легким скрипом. Старик грустно покачал головой:
- Другого шанса не будет. Если ты выйдешь в ту дверь, в которую вошла - ты очнешься в больнице после аварии. У тебя нет ни жилья, ни работы, и в этом городе тебя никто не ждет.
- Я знаю, - сказала я шепотом. - Мне не нужен другой шанс, мне нужна другая жизнь.
- Но ведь это означает, что все кончено?
- Нет, - возразила я. - Все только начинается.

***
За дверью было светло. Я перешагнула через порог и провалилась в пустоту. Зажмурилась, а когда открыла глаза - увидела приветливое лицо пожилой медсестры.
- Очнулась, - сообщила она кому-то. - Это ж надо - четыре дня без сознания, где же ты была, девочка?

Она ловко сделала мне укол и отошла в сторону. Прямо за ее спиной стоял Игорь.
Я закрыла глаза. Ничего не вышло.

- Подожди, не засыпай. Я искал тебя четыре дня - весь твой офис вверх дном перевернул - и не нашел бы, если бы не сводки о происшествиях. Тебя же в этом городе никто опознать не мог, пупса.

Я открываю глаза. Он мастерски держит паузу и ждет, что я со слезами брошусь ему на шею.

- Я купил тебе кольцо.
- Ты купил его сегодня... - полувопрос-полуутверждение, но я совершенно уверена, что так оно и есть.

Маленькая морщинка поперек лба и длинные сильные пальцы. Знакомый, когда-то родной, но совершенно чужой человек.

Пауза. Я далеко не гроссмейстер игры в молчанку, пауза нужна потому, что мне тяжело даются длинные фразы.

- Ты просто хотел произвести впечатление и вернуть принадлежащую тебе вещь на место.

Я смотрю на него и понимаю, что это правда. У него молодые глаза и седые виски. Маленькая морщинка поперек лба и длинные сильные пальцы. Знакомый, когда-то родной, но совершенно чужой человек.

- Я купил тебе кольцо, - повторяет он растерянным голосом.
- Выброси. - Отворачиваюсь к стене.

Белая больничная стена напоминает мне чистую страницу. Чистую страницу моей новой жизни.

 



 
 

Что не так с этим комментарием ?

Оффтопик

Нецензурная брань или оскорбления

Спам или реклама

Ссылка на другой ресурс

Дубликат

Другое (укажите ниже)

OK
Информация о комментарии отправлена модератору