На главную
 
 
 

Уроки литературы
Автор: Ольга / 26.10.2007

Уроки литературыЕсли идти от Семеновской мимо рынка по Ткацкой улице, то сбоку взглядом натыкаешься на большую рекламу маленького кафе: «Восток, Европа и Кавказ - готовим вкусно, все для вас». Такая необычная, пышная. Кто сочинил, интересно? Может, в литературном учился… Может, поэт. Поэтам сейчас трудно, думаю. А ведь с чего начиналось? С уроков литературы, наверное, в школе. Да, многое от характера человека зависит, но и от учителя в школе.

У нас в хабаровской школе учителем литературы была Елена Кирилловна. Такая вельможная, прическа на парик похожа. Волосы светлые назад зачесаны и с двух сторон валиком подвернуты, осанка тоже, как у барыни, и взгляд серых узких глаз – ну, просто насквозь, а всего-то стояла за этим ее уверенность, что знает она нас всех, как облупленных, и тихое, тлеющее в самой глубине презрение человека, знающего всему цену.

Ходила она, в отличие от других учительниц, всегда в складных костюмчиках и была, в общем, ничего собой, если бы не холод, которым обдавала все вокруг. Но, может, в школе без этой отстраненности не обойтись. Класс же надо как-то в руках держать. И литература, надо сказать, в нашей тогдашней жизни никакого значения не имела. Только на уровне: выучил, не выучил. А так, чтобы взахлеб книжки читать, у нас этого не было.

Я отличницей была, кроме литературы, по всем предметам, а по литературе – четыре, хоть тресни.

Елена Кирилловна меня не любила. Я это знала. И поэтому готовилась к литературе четко в пределах того, что требовалось. А требовала она немного. Текст знать. Сочинение напишешь - и вперед. А сочинение, там что сочинять – план же есть: вступление, заключение, а в середине – типические черты тех, чьи характеры в данном произведении данный автор раскрывает. У Елены Кирилловны не забалуешь. Она эти черты на зубок знала и хотела, чтобы у нас эти знания тоже от зубов отскакивали.

Я отличницей была, кроме литературы, по всем предметам, а по литературе – четыре, хоть тресни. А вот Райке Поповой – нашей второй отличнице – она всю дорогу пятерки ставила. А класс у нас делился поровну – половина за Райку, половина за меня. И мы с ней – две соперницы: кто первый будет. Ну, думаю, фиг с ней, меня зато Михаил Михайлович любит – он у нас математику вел и был еще и директором нашей школы. Длинный, немного нескладный Мих Мих, как мы его звали, был человеком добрым, улыбчивым и остроумным. Ну и буду математиком, что мне литература, думала я. Тем более, что Мих Мих говорил маме, что у меня хорошие математические способности.

Но вот, если пьесу вслух читать, Елена Кирилловна все время меня вызывала. А она любила устраивать на уроках такие чтения в лицах, и нам нравилось. А что? Сидишь, читаешь, никаких тебе трудностей, ничего учить не надо дома будет.

Проходили мы «Грозу» Островского. Все девчонки хотели роль Екатерины читать. Ну, она меня, конечно, назначила. Мне нравилось читать. И я совсем не думала о том, что за судьба у этой Катерины. Далеко это от меня было, я и сейчас думаю, Островского в восьмом классе трудно понять, а тогда весело было читать; когда я читала, представляла Катерину кудрявой, веселой, а берег, с которого она прыгала, – как у нас на Амуре: крутой, весь деревьями поросший. И совсем не думала о том, как жить ей в богатстве, да не любя.

В общем, читали мы на уроке «Грозу» Островского в лицах весело. Помню, стоял солнечный день, в окна нашего класса на втором этаже светило солнце. За Тихона, сына Кабанихи, читал Славка Курбатов, и все у нас ржали над тем, как звучат реплики. Все же знали, что Славка в меня тайно влюблен.

Елена Кирилловна ходила между рядами и подозрительно в нас всматривалась. Она никак не понимала реакции класса. А в классе слушали «Грозу», перекладывая сказанное на наши внутренние школьные отношения, и это было смешно и как-то щемящее тревожно. Никому не было дела до Катерины и Кабанихи, да и Тихон этот, кто про него думал-то?

За Тихона читал Славка Курбатов, и все у нас ржали над тем, как звучат реплики. Все же знали, что Славка в меня тайно влюблен.

Вот Бэла в «Герое нашего времени» никому из девчонок не нравилась. «Разве можно так про себя забывать», - говорила Ленка Ромм. А вот «Тамань» - совсем другое дело. Тут женщина сильная, и всем хотелось стать такой же. В общем, читали мы в литературе про себя. Но особенно выбирать-то не приходилось. Разве что Ларина Татьяна – вышедшая победительницей. Но кому охота, чтобы юность без ответной любви и прошла. «Так что тоже, не очень чтобы», - говорила Людка Казакова, высокая, сухощавая блондинка. Да и наша жизнь текла совсем в другом русле.

В школе все время организовывали какие-то почины. То нас решили бросить на ликвидацию неграмотности. И каждого старшеклассника прикрепили к человеку, который не умел ни читать, ни писать. Мне досталось пожилая женщина, проработавшая всю жизнь надзирателем в тюрьме. Была она невысокой, некрасивой, с каким-то сумраком во взгляде.

Весна была, когда первый раз к ней пришла. На высоких тополях вдоль ровненькой улицы, где она жила, уже маленькие зеленые краешки листочков из почек пробились. В Хабаровске тополей столько, что когда начинает летать тополиный пух, кажется, что метель началась. Я шла, совершенно не волнуясь и не думая о предстоящей встрече. Вошла я в ворота, старый ее дом во дворе стоит, сбоку стены других домов, идешь по двору как по каменному пеналу, и откуда-то вдруг - музыка громко! Высокий женский голос пел по радио: «Хорошо, хорошо, когда в город приходит весна!»

Дверь открыла невысокая пожилая женщина, на цыганку похожа, в цветастом платье. Мы с ней прошли в комнату. Я вытащила букварь, прописи, и мы начали. К учению женщина отнеслась серьезно. Она вообще всегда оставалась в одном состоянии, не улыбалась, не смеялась. Я чувствовала себя учительницей, мне хотелось, чтобы она научилась тому, чему ее учила я. И совсем не думала о том, что она за человек, что за судьба у нее. В конце концов, она научилась читать и писать. Была довольна, но я, мне кажется, еще больше.

Другой раз у нас в школе решили выращивать цыплят, сначала их раздали ученикам на дом. Цыплята в коробке сидели около нашего стола на кухне. Я их кормила. А Володька Лямин, сосед, который учился на два класса старше и время от времени укладывал свои волосы под сеточку, сидя на подоконнике в тренировочных и в майке, советовал мне, как это сделать лучше. Под сеточкой волосы у Володьки совсем становились приглаженными, а лицо - широким и круглым, как блин. И мне было смешно. Я смеялась. Володька не понимал почему и кипятился.

«Никто из моих учеников в литературу не пошел, - сказал он. - А чем занимаетесь вы?» - спросил из вежливости.

Ну, в общем, затея выращивать цыплят дома не получилась.
И решили тогда цыплят в школе держать, а школьникам расписание дежурств составили. Мне выпало дежурить ночью. Это было интересно. Нас по трое дежурило. На рассвете я вышла на школьный двор. Залезла на забор и смотрела, как восходит солнце. И то ли цыплята эти так на меня подействовали, то ли бессмысленность всей этой затеи, которую я, может быть, внутренне чувствовала, а только стала я восторженно сочинять гимн солнцу. Солнце сначала высунулось краешком, потом выше, выше. И вот уже стали розовыми новые дома за лесопилкой, вот уже высветились далекие улицы. Мне видно, школа на холме. И, наконец, все лучи освободились, и солнце разлилось над городом. И я решила, что обязательно стану журналистом.

О том, что литература похожа на океан, я узнала позже, когда заканчивала школу, в Москве. Учителем литературы тут был Гуревич, человек с виду нескладный, мешковатый всегда один и тот же костюм, потертый портфель, шаркающая походка, но стоило ему начать рассказывать – мы слушали его, открыв рты. Литература была для него областью обитания.

В классе даже томная Лейла Мамедова и хорошенькая Наташка Геворкян обожали Александра Абрамовича. Мы собирались у него дома по вечерам. Жил он один. Стеллажи перегораживали комнату, как в библиотеке. Под подушкой на кровати – книги. Вместо тумбочки под телефон – книги. Мы только что, разве, не сидели на них. Гуревич, несмотря на несметное множество книг, четко знал, что где стоит. Помню, имажинистов он извлек из стопки, которая вместо ножки поддерживала край его четырехугольного обеденного стола. Я прямо помню, как он прочел нам Есенина, и в комнате запахло весной и черемухой.

Несколько мам, активисток из родительского комитета, ходили к директору жаловаться. Они говорили, что по плану дети должны проходить «Поднятую целину», а он им про каких-то имажинистов. Так они ни в один институт не поступят.

Директор вызывала Александра Абрамовича. Мы несколько дней изучали то, что надо. А потом опять он уводил нас за своими ничевоками.

Сразу после школы в институт у нас, действительно, поступили немногие. А спустя много лет я встретила Александра Абрамовича в Ленинке. Я и у него не была любимой ученицей, там были ребята более знающие. И он меня и не помнил. Он стал уже стар. И шаркал намного сильнее.

«Никто из моих учеников в литературу не пошел, - сказал он. - А чем занимаетесь вы?» - спросил из вежливости. И когда я сказала - журналистикой, посмотрел на меня недоверчиво. И обрадовался вдруг. Его глаза засияли, как когда-то, когда он нам на уроках рассказывал про поэтов.

А недавно я узнала, что Райка Попова - моя школьная соперница - стала химиком.



 

Ваше мнение 17  

Оставить комментарий
  • Как-то тягуче, аж голова заболела.
  • Микроб (Петах-Тиква) / 28 окт 2007
    Мда...все мужчины-учителя почему-то нескладные, зато у литераторши - "складный" костюмчик. Гроза, Катерина, цыплята, неграмотная надзирательница, имажинисты - что хотел сказать автор? Минус.
  • Хулия Герреро / 28 окт 2007
    мне не понравилось. К концу рассказа уже просто бегло просматривала абзацы. Сумбурно как-то и бессмысленно получилось. То ли тема какая-то сложная в октябре, то ли вдохновение пропало у авторов. Но в этом месяце что-то рассказы не радуют. Нейтрально.
  • Санди (Астана) / 27 окт 2007
    Какой-то сумбур. И претензии на журналистику здесь лишние. Мне не понравилось - минус.
  • primavera / 27 окт 2007
    что такое "складный костюмчик"? любитель литературы держит книгу со стихами имажинистов вместо ножки у стола? этот учитель обысков боялся?я так понимаю действие рассказа в советское время происходит. про цыплят промолчу,до меня все сказали. к чему было написано про женщину-надзирателя? в общем, рассказ действительно похож просто на поток сознания, как здесь уже написали. удивительно, что это произведение понравилось Тортиле, чье мнение очень уважаю, но увы, в этот раз не разделяю.
  • Надежда / 27 окт 2007
    Ожидала иного. Когда читала описание уроков литературы, казалось, что дальше произойдет что-то необычное, что откроет ученикам учительницу литературы с другой стороны, что-то, что затронет их души. А в итоге все скатилось к рассказу о школьной жизни. Написано несколько бестолково.
  • Алёна / 27 окт 2007
    Мда. Зря потраченное время. Как на написание, так и на прочтение. Минус.
  • Здорово! Легко и интересно читается. Плюс!
  • И каждого старшеклассника прикрепили к человеку, который не умел ни читать, ни писать. - какая чушь. Ичить читать должны педагои, для этого разработаны разные методики - я не верю, что сей факт имел место в жизни.
  • Царевна / 26 окт 2007
    Ольга, мне было очень интересно! Может быть, из-за того, что история немножко про меня. В школе у меня была такая же соперница, которая стала химиком, а я - журналистом:)) По стилю - есть некоторая корявость, но разве это так важно? Во всяком случае, не для этого конкурса. Рассказ искренний, интересный, в целом хорошо написанный, с красивыми, объемными, запоминающимися образами... Кажется, что рассказ на самом деле намного больше. Что это - черновик, эскиз повести или даже романа. В общем, удачи Вам, автор!
  • Тортила (Подольск) / 26 окт 2007
    Легко читается. За кадром девочка-подросток, это сквозит из каждой строчки, стиль дневника или письма четко выдержан. Специально или случайно получилось - сие неизвестно. Но мне думается, Ольга сделала это осознанно. Многие рассказы этого месяца на самом деле получились не совсем рассказами, скорее, эссе. А мне нравится. Плюс.
  • Мне было интересно читать и даже жаль, что так быстро закончился рассказ. Он "временной", его не сразу почувствовать можно. У Вас, Автор, потенциал хороший для написания больших произведений. Желаю удачи :о)
  • извините, но это - бред.
  • Юлечка / 26 окт 2007
    Мне тоже понравилось.Конечно не идеально,но все равно интересно написанно)
  • не понравилось, длинно и скучно, никаой кулминации!
  • Милый читатель / 26 окт 2007
    А мне понравилось. И язык особенный - стилизация под деревенскую девушку. Плюс.
  • что к чему-непонятно. то про "грозу", то про цыплят... а где сюжет? и почему это детей заставляли ночью в школе дежурить и присматривать за этими цыплятами? короче, странно все. минус.
Оставить комментарий
 

Что не так с этим комментарием ?

Оффтопик

Нецензурная брань или оскорбления

Спам или реклама

Ссылка на другой ресурс

Дубликат

Другое (укажите ниже)

OK
Информация о комментарии отправлена модератору