На главную
 
 
 

Гость
Автор: И. / 30.12.2016

Сквозь оттаявшее от ее дыхания пятно на замерзшем стекле она хорошо видела вечернюю, но все еще заполненную предпраздничной толпой улицу. Это последний штурм магазинов. Через полчаса волна спадет, улицы опустеют, и только рекламные щиты будут освещать тротуары своим мертвым светом. Но часа через четыре все начнется сначала. Улицы вновь оживут, наполнятся смехом, шумом. Веселые компании потянутся к елке, оседая по пути в небольших, открытых всю сегодняшнюю ночь кафешках.

Так было каждый год, но что ей до этого праздника? Впрочем, как и до прошлого, и позапрошлого... Она почему-то с улыбкой вспоминает тот перекресток и летящий на бешеной скорости мотоцикл... Парень-мотоциклист даже не поцарапался. Нет, ей выплатили компенсацию и оплатили лечение... Только увы. Что тут поделать... Парень оказался не сволочью, он приходил к ней в больницу, приносил цветы и вкусности, доставал редкие лекарства, суетился как мог и вовсе не из-за шкурного страха — суд уже вынес определение, и никакое серьезное наказание ему не грозило. Просто был нормальным человеком. Она сама прогнала его. И правильно сделала. Ей он ничем помочь не мог, а ему надо жить. Он ушел не сразу. Еще несколько раз приходил, потом все реже... А потом перестал, но не забыл. Каждый месяц на ее кредитную карточку капала денюжка. Немного, но вполне достаточно, если считать еще и нищенскую пенсию.

Но в праздники, а особенно под Новый год, становилось обидно. Ведь она еще вовсе не старая... И ей тоже хочется простой человеческой жизни... Слезы сами собой накатывали и стекали по щеках. И тогда она вынимала из серванта вино, специи и подкатывала к газовой плите. Через несколько минут комната наполнялась чарующим ароматом. Она делала несколько глотков и, откинувшись на спинку каталки, закрывала глаза. Тепло, волной пробежав по телу, прогоняло дурацкие воспоминания, кружило голову и навеивало глупые, несбыточные мечты.

Вот и сегодня. Оторвавшись от проталинки в стекле, она отъехала от окна и направилась к серванту. Позвенела бутылками, выбирая нужную, пошуршала пачечками с имбирем, кориандром, кардамоном, еще чем-то и направилась к плите.

Она даже не испугалась, когда он вдруг возник в дверном проеме. Невысокий, с аккуратной бородкой, длинными волосами и почему-то в ночном колпаке.

— Ну и ароматы у тебя... — сердито промолвил, но глаза казались добрыми, смеющимися.

— Да это так, что-то вроде глинтвейна, — как бы оправдываясь, прошептала она.

— Да уж чую... Слюнки текут... — улыбка запуталась в густых усах.

— Вот здорово! — обрадованно выкрикнула. — Так прошу! Угощайтесь.

— Негоже с пустыми руками... — развернулся и пропал.

На чердаке что-то загрохотало, задребезжало, заскрипело. Возня продолжалась минут десять, а потом таинственный гость снова появился за порогом дверей. В руках он держал кипящий самовар и довольно-таки большую плетеную корзину.

— Так я войду?

— Ну да! Конечно!

Он подошел к столу, и через минуту тот был заполнен тарелочками, мисочками и всякими баночками.

— А достаньте наверху фужеры, — попросила она. — Мне трудновато.

Он так и сделал, а потом легко, не боясь обжечься, снял с плиты кастрюльку и, впихнув в нее черпачок, поставил возле самовара.

— Ну, вроде бы как все...

— Да... Ну и стол у нас получился... — нежданная радость охватила ее. И еще предчувствие чего-то очень важного... — Так садитесь! Чего вы стоите?

Он подкатил к столу каталку а потом уселся сам. Зачерпнул из кастрюльки и разлил по бокалам.

— Со свиданьицем! — залпом выпил только что кипящее варево и от удовольствия зажмурился. — Ох... Хорошо...

Она подула, охлаждая, и чуть пригубила. Напиток был еще слишком горячим...

Они сидели долго. Какие-то разговоры текли сами собой, так, ни о чем. Пили чай, прикусывая попеременно то вареньем, то медом. Ей казалось, что таких вкусных плюшек и саек она не пробовала никогда.

На ратуше пробило три четверти двенадцатого.

— Ну что ж... Угостила ты меня знатно... — промолвил гость. — Пора и честь знать...

— Да ладно... Это вы меня угостили.

Он улыбнулся.

— И все же пора...

— Уходите? Как жалко...

— Никогда ни о чем не жалей. — сказал он вглядываясь в ее глаза. — Хорошо, я останусь на немного. Встретим Новый год. Уж недолго осталось.

Она отъехала от стола и, открыв дверцу буфета, извлекла бутылку шампанского.

— Вот. Это вроде как положено? — спросила.

Гость посмотрел на нее очень серьезно.

— Да нет, не обязательно. Лучше поставь какую-то музыку.

— Сейчас... Сейчас... — в углу комнаты стояла старая радиола, к ней и подкатилась. — Но пластинки на серванте... Достаньте, пожалуйста.

— Еще чего... Шо за манера у тебя — напрягать гостей. То то ей подай, то это... Сама встань и возьми.

Над городом пролетел звон первого удара курантов.

Ей показалось, что она ослышалась:

— Что? Что вы сказали?

— Я сказал, встань и возьми сама, — он подошел к каталке и встряхнул женщину, взявши за плечи. — Встань и возьми!

Она послушалась беспрекословно. Вскочила с каталки и легко подбежала к серванту... Приставила стул и, взобравшись на него, потянула коробку с пластинками.

И тут до нее дошло...

— Как же? Как же это?... Что вы сделали? — повернулась, все так же стоя на стуле, но вопросы повисли в воздухе. В комнате никого не было, только над площадью перед ратушей плыл звон часов.

Фото: alexraths/123RF



 

Ваше мнение 6  

Оставить комментарий
  • Ольга / 6 янв 2017
    Очень трогательно! Давно такого здесь не читала. Автору большой плюс! Написано талантливо.
  • New Moon (Интернет) / 4 янв 2017
    Это не кино, а какой-то сюр, мистика... гость вроде таинственного Харли Куина Агаты Кристи
  • Чудесно. Очень понравилось. Только гость стал грубоватым , что-то не так...
    • New Moon (Интернет) / 4 янв 2017
      Грубость - это специально, иронично, чтоб дама встала. Как говорят больным - "хватит симулировать, вставай!" - и они встают.
Оставить комментарий
 

Что не так с этим комментарием ?

Оффтопик

Нецензурная брань или оскорбления

Спам или реклама

Ссылка на другой ресурс

Дубликат

Другое (укажите ниже)

OK
Информация о комментарии отправлена модератору