На главную
 
 
 

Хороший потенциал
Автор: Анна Бизен / 30.10.2008

Хороший потенциалСегодня они делали это медленно. Она прижималась к его груди так крепко, что чувствовала вкус кожи на губах. И, когда их тела и мысли слились воедино, в глубине сознания, как всегда, проскочила непрошенная мысль: как возможно, что другие не чувствуют этого?

Тело, замершее в ее обьятьях, начало подавать признаки жизни. Орен осторожно выскользнул из ее рук и начал одеваться.

- А это обязательно? - Лили смотрела на него, лениво болтая ногами, запутавшимися в складках одеяла.
- Наверное, - вздохнул Орен, натянув свитер и шаря по полу в поисках брелка с ключами от машины. - Если не сдам проект до Отбытия, босс достанет меня и на том свете. Кстати, мы так и не наметили точную дату. Может, сделаем это прямо сейчас?

Покоя и неги как не бывало. Лили вцепилась в простыни, чувствуя, как острые когти паники сжимают горло. Она решительно не понимала, что с ней творится. Все началось ровно неделю назад, когда в почтовом ящике обнаружилась Повестка. Шикарная лакированая бумага, элегантные красные буквы на белом фоне: «Уникальное сочетание генов... одно совпадение на пятьсот тысяч... просьба сообщить о церемонии Отбытия... благодарное человечество... имена, вписанные в историю...»

Она решительно не понимала, что с ней творится. Все началось ровно неделю назад, когда в почтовом ящике обнаружилась Повестка.

В общем, ничего особенного. Они с Ореном знают об этой своей «уникальной способности» уже лет шесть. Даже странно, что Повестку прислали только сейчас.

Около сорока лет прошло с момента расшифровки человеческого генома. Тогда-то и был обнаружен этот странный ген, впоследствии получивший романтическое название «ген любви». Ген, который обнаружился всего у 15 % жителей планеты. Так был найден биологический ответ на вопрос, почему население Земли стремительно стареет и вымирает, не испытывая никакого влечения друг к другу. Асексуальность, ставшая модной еще во времена родителей Лили, постепенно превратилась в серьезную угрозу. В результате правительство приняло историческое решение - перепись геномов населения. Так были отобраны личности, имеющие наибольшие шансы породить гениальных потомков: известные инженеры, врачи, ученые с мировыми именами, лауреаты нобелевских премий.

Дело было за малым - отвлечь их на время от научных изысканий, заставить одного лауреата воспылать страстью к другому лауреату, дабы произвести на свет «дитя науки». Дело оставалось за малым - изъять «ген любви» у других, менее талантливых особей, таких, как они с Ореном, и доставить по назначению - в ДНК светила науки. В принципе, никаких проблем, но только маленькая загвоздка - ген, кроме всего прочего, был ответственнен за выработку жизненно важных протеинов. А его потеря - несовместима с жизнью. Но это нормально - таков закон. Она свыклась с этой мыслью с самого рождения, еще не зная тогда, что закон затронет и ее. Более того, это так романтично, так возвышенно, их имена будут выточены на Стелле Славы, о них будут помнить вечно - это и есть настоящее бессмертие. Вот только в последнее время эти мысли ее не успокаивали.

- Что с тобой? Ты все дрожишь. - Орен сел возле нее и взял за руку.
- Послушай... а тебе никогда не хотелось...избежать этого?
- А почему я должен этого хотеть? Это мой долг. Моя судьба. Мое предназначение. Наше предназначение. Как ты вообще можешь так говорить, Лили? Мы - спасители человечества. Избранные. Одни из тех, которыми будут гордиться все. Благодаря нам появятся сотни гениальных детей. Их назовут нашими именами. Что за муха тебя укусила?
- У нас самих могли бы быть дети... наши дети... Мы могли бы любить друг друга во всех смыслах этого слова...

- Как ты вообще можешь так говорить, Лили? Мы - спасители человечества. Избранные. Одни из тех, которыми будут гордиться все.

- Дорогая, - Орен явно начинал злиться. - Я не понимаю, к чему этот странный разговор. Ты, конечно, можешь фантазировать о чем угодно, только тебя никто не спрашивает, хочешь ты этого или нет. Какие дети? Мы с тобой не созданы для воспитания детей. Этим займутся те, кто достойней нас. А мы должны передать им наш дар - любить. Мы пользуемся им на протяжении шести лет, в то время как большая часть человечества даже не представляет, что это такое! Этого тебе мало? Знаешь что, я думаю, нам следует поторопиться. Нет смысла откладывать Отбытие. Пойду в аптеку, куплю рецепт на «сканеры».
- Нет! - Лили вскочила. - Ты прав. Конечно, прав. Извини, я сама не знаю, что несу. Давай, сделаем вид, что этого разговора не было. А я пока сама сбегаю в аптеку и все куплю.
- Вот это мне нравится. - Орен чмокнул ее в нос. Она ответила тем же. - Ладно, одна нога здесь, другая там.

Маленькую плоскую коробочку со «сканерами» Лили нашла быстро. Под прозрачной крышкой были аккуратно упакованы четыре маленькие плоские иголочки с разноцветными сердечками на концах - два красных и два синих. Очень симпатичные штучки, которые очень скоро вонзятся в их плоть, извлекут из ДНК необходимую информацию и довершат начатое милосердным разрядом электричества.

То, что путешествие затягивается, Лили поняла, увидев длинный хвост очереди. Из восьми кассовых аппаратов в результате поломки действовали только четыре. Что ж, придется подождать и постараться успокоиться. Недавний спор с Ореном выбил ее из колеи, разбудив угрызения совести, но не поборов до конца сомнения. Напротив, они крепли, а вместе с ними разгорался и стыд. Еще месяц назад она и представить не могла, что подобная мысль когда-нибудь придет ей в голову. Она не хотела никуда уходить ни для какой великой цели. Она представила себя с маленьким ребенком, вместе с Ореном. Интересно, каково это - быть матерью? Быть с Ореном. А через месяц... всего этого не будет. В душе начала просыпаться уже знакомая паника. Так, прекрати, прекрати! Рука так сильно сжала коробочку, что Лили испугалась, что повредила содержимое. Чтобы успокоиться, ей просто необходимо было поскорее вырваться из этой чертовой очереди. Дождавшись очереди, Лили положила коробочку на прилавок..

Недавний спор с Ореном выбил ее из колеи, разбудив угрызения совести, но не поборов до конца сомнения.

- Вы что, не видите табличку? - кассирша округлила на нее глаза. - Я только что закончила прием. Подойдите к другой кассе.
- Что? - Лили не поверила своим ушам. - И почему это произошло именно на мне?
- Потому что сейчас ровно пять вечера. Мой рабочий день закончен. Займите очередь в другую кассу!
- Послушайте, я простояла полчаса! У меня всего один рецепт! Это же всего две минуты, проявите хоть какое-то понимание!
- Девушка! - особым терпением кассир явно не отличалась. - Займите другую очередь, или я вызову администратора! И вообще, - ее глаза сузились при взгляде на коробочку, - вам что, так уж не терпится расстаться с жизнью?

Дальнейшие события Лили помнила плохо. В память врезались только глаза кассирши, когда она со всей силы воткнула «сканеры» ей в ладонь. После чего круто развернулась и помчалась к выходу под ее дикий визг. Вместе с ужасом от содеянного пришло и облегчение. Теперь она знала, что делать.

- Скорей! - ворвавшись в комнату, она первым делом подхватила со стола ключи от машины. Потом скватила за рукав Орена и потащила к двери. Орен был довольно сильным, мускулистым мужчиной, так что Лили не понимала, как она умудрилась дотащить его до выхода из дома. Клокотавшая в ней сейчас бешеная энергия могла бы, наверное, сдвинуть с места не только Орена, но и весь этот земной шар, на котором люди разучились любить. Вот пусть они и умирают за это, а она хочет жить! Больше она не будет играть по их правилам, подчиняться их законам!

Машина развернулась и вылетела со стоянки. Она до упора выжала газ.
- Лили! Что ты делаешь? - до Орена начало доходить, что произошло что-то из ряда вон выходящее. Вопрос показался ей до отвращения трусливым и безвольным.
- Бунтую, Орен! Я бунтую!

Так, прекрати, прекрати! Рука так сильно сжала коробочку, что Лили испугалась, что повредила содержимое.

Он все понял. Лили думала, что он начнет сопротивляться, попытается отобрать руль, но он просто откинулся в кресле, закрыв лицо руками.

Некоторое время они молча неслись по темной после дождя дороге, под шелест сминаемых шинами желтых листьев и далекий стрекот вертолета.

- Недолго тебе осталось, - теперь в его голосе была глухая насмешка. - Через полчаса нас догонят и сотрут в порошок.

Лили не ответила, хотя могла бы. Могла бы сказать, что лучше умереть стоя, чем на коленях. Что не хочет жить и умирать по чужим правилам. Что где-то в глубине души теплится надежда, что их не поймают ни через полчаса, ни через полгода, ни через десять лет, и где-то на краю света они смогут жить долго и счастливо и умереть не в один день, а тогда, когда придет срок. Могла бы, но не сказала. Сейчас он все равно не поймет. Возможно, она сумеет убедить его позже. Если успеет.

 



 
 

Что не так с этим комментарием ?

Оффтопик

Нецензурная брань или оскорбления

Спам или реклама

Ссылка на другой ресурс

Дубликат

Другое (укажите ниже)

OK
Информация о комментарии отправлена модератору