На главную
 
 
 

Душа писателя
Автор: Мила / 13.07.2012

Душа писателяНежная прохлада летнего утра бережно укутывала меня своим невидимым покрывалом. Лёгкий ветерок игриво щекотал за ухом, небрежно поднимал распущенные нити волос, дерзко целовал румяную щеку и беззаботно мчался дальше по улице, расталкивая сонных и вялых прохожих. Я медленно шла по пробуждающимся от сладкого сна улочкам, с любопытством заглядывала в разбросанные по дороге прилавки с загорелыми булочками и закрывала глаза, наслаждаясь их сочным соблазняющим ароматом.

Совсем близко уже виднелся величественный купол Казанского собора и два каменных крыла, покоящихся на могучих толстых колоннах. Невский проспект погрузился в золотисто-прозрачный туман занимавшегося дня, и на миг притаился, и затих, что-то вспоминая или мечтая о чём-то. А затем блеснул яркий луч нового солнца, ударил по крышам холодных домов, отразился ослепляющим пятном в мутно-усталых зрачках петербуржцев и лихо и бойко понесся по широкому проспекту. За мной неустанно громыхали колёсики надутого чемодана, сердце отстукивало какой-то новый ритм. Казалось, что каждая клетка моего тела обновлялась и неспокойно вибрировала в ожидании чего-то. Я повернула на Большую Конюшенную улицу, еще минут 10 протараторила по равнодушному асфальту и зашла в дом моего дяди, известного писателя и литератора.

Солнце поднималось все выше и выше над серо-зелёным городом, разукрашивая янтарными красками плавные изгибы зданий.

- Здравствуй, родная! Как ты добралась? Проходи и сразу неси чемодан во вторую комнату налево. Через 15 минут будем завтракать. Ты любишь блинчики? Евгений Петрович их терпеть не может, но я его предупредила, что с этого дня ему придётся изменить свои гастрономические привычки. Ты, как растущий и молодой организм, не можешь питаться одной яичницей и бутербродами. Тем более это так вредно для желудка. Как мама? Как брат? Когда ты будешь подавать документы в университет? На кафедре тележурналистики у нас есть очень хороший знакомый… и на драматургии тоже. А я всё ночь не спала: так разболелся зуб. Я, как только проснулась, позвонила стоматологу, и он сказал, что это, скорее всего, из-за…

На меня беспощадным потоком обрушился шквал неинтересных новостей, скучных деталей, ненужных уточнений, быстрых вопросов, на которые не ждали ответов, и нервных перескоков с одной темы на другую.

Тетя добродушно продолжала что-то рассказывать и за кухонным столом, хохотала, сама себе поддакивала, а иногда и путалась, назойливо излагая что-то, и принималась за свой рассказ заново, добавляя целую дюжину новых подробностей. Меня это не раздражало, а даже забавляло и умиляло.

Через некоторое время к нам присоединился дядя. Мимоходом поприветствовав меня, он с плохо скрываемым удивлением уставился на большое блюдо с кремовыми блинчиками, окаймлёнными хрустящей коричневой ленточкой. Недовольно чмокнув губами, он взял блин и демонстративно хлебнул горячий кофе. Тётя невольно оборвала свой щебет и виновато улыбнулась мне.

- Я звонил Алексею Павловичу, интересовался учебной программой факультета. Довольно-таки интересно. На какую специальность поступаешь?
- Драматургия.
- Всё-таки драматургия? Хм… Бумагомарательством будешь заниматься?

Дядя пристально посмотрел на меня, я растерялась, и он засмеялся тихим грудным смехом.

- Что ж, молодец! Кушай, отдыхай, а потом посмотрим, что ты там приготовила на творческий конкурс.

Солнце поднималось все выше и выше над серо-зелёным городом, разукрашивая янтарными красками плавные изгибы зданий. Оливковые воды красавицы Невы переливались искрящимися, будто выпрыгивающими из мрачной глубины, бриллиантами. Погода была великолепной. Я задумчиво сидела у окна, любуясь красотой висящей над головой лазури, лепила причудливые фигурки из пушистых кружевных облаков и мечтала, мечтала, мечтала…

Вдруг раздался громкий звонок. Послышался плачущий скрип открываемой двери, и кто-то вошёл. Меня позвала тётя, и я поспешила в коридор, нехотя оставляя повисшие в воздухе мечты.

Дядя и его друг радостно поздоровались, и между ними завязался оживлённый разговор, который я невольно подслушала.

- Родная, познакомься. Алексей Павлович, доктор филологических наук, преподаватель твоего университета и милый друг нашей семьи. Женя! Алексей Павлович пришёл!
- Племянница пошла по стопам неспокойного дяди? Надеюсь, девушка, вы переплюнете своего родственника.

Алексей Павлович кисло улыбнулся и фривольно прошёл в комнату дяди. Тётя по обыкновению затрещала о чём-то и почему-то виновато посмотрела на меня.

Моя комната располагалась прямо напротив кабинета дяди. Дверь в кабинет была открыта, так же как и дверь в мою комнату. Я могла видеть кусочек тёмно-коричневого кожаного дивана и часть бледной картины, на которой была изображена цветущая сирень.

Дядя и его друг радостно поздоровались, и между ними завязался оживлённый разговор, который я невольно подслушала.

- Поздравляю тебя, друг мой, с почётной премией. Смотри-ка, обошёл даже Гузевича. Твоя книга наделала шуму. А я, если честно, сомневался в успехе твоей повести. Во дурак, да? Она стала бестселлером! Не ожидал, не ожидал.
- Лёш, спасибо, конечно... Но знаешь… тошно мне. Критики, встреча с почитателями. Такого наслушался! А потом еще и премия.… А судьи кто, ты мне скажи?
- Не могу понять, что тебе не нравится? Книга продаётся и…
- Ха! Продаётся! Нет, дорогой мой, она не продается, да и не будет продаваться. Неделю назад пришёл на премьеру книги в книжный магазин. Меня встретила целая толпа «почитателей». Не знаю даже, откуда столько пришло, но обо мне они услышала впервые, это я сразу понял по их скучающим лицам. Сел за стол, рядом стопка моих книг, начал подписывать их, дарить, глупо улыбаться и кивать… Чему кивал? Всему подряд. Одна блондинка подошла, спросила, много ли сейчас зарабатывают писатели и знаком ли я с Сергеем Минаевым. Когда узнала, что нет, посоветовала познакомиться с «настоящим писателем» и, разочаровано хлопнув ресницами, направилась к выходу. А я рассеянно кивнул.… Потом подошла дама в очках, облизала красные губы и томно проговорила, что сюжет «Евгения Онегина» примитивен, а Татьяна Ларина – «противная ханжа». Я кивнул и вручил книгу... Затем был широкоплечий мужичок в клетчатой кепке. Он открыл книгу наугад, пробежал глазами пару строк и сказал: «У тебя, писатель, слишком длинные предложения. Нехорошо». И опять я кивнул… Потом я вдруг посмотрел на эту всю толпу случайных зевак, и мне стало жутко смешно. Судьи! Вот они мои судьи! Надменные знатоки, жующие жёсткую резину моих мыслей! Жуют, жуют, а потом с недовольными гримасами выплёвывают на грязный асфальт общественного мнения и, ковыряясь в зубах, топчут её ногами. Они критикуют, судят! Боже мой, они судят Пушкина, размышляют, примитивен или нет сюжет «Онегина»! Смешно… нелепо, гадко! Они бросаются на тебя, как собаки, готовые разорвать всё, что хоть немного отличается от их собственных взглядов, они ставят позорное клеймо посредственности на всё то, чего не могут понять.

Голос дяди звучал как натянутая струна, готовая каждую секунду разорваться от напряжения. Я тихонько прокралась в кабинет и села на край блестящего дивана. Я почти чувствовала грубое колебание воздуха вокруг дяди. Он заметил меня, но ничего не сказал. Лицо его осунулось, он как будто сжался под тяжестью невидимой силы, которая давила на него со всех сторон. Дядя посмотрел на меня с печалью.

Я тихонько прокралась в кабинет и села на край блестящего дивана. Я почти чувствовала грубое колебание воздуха вокруг дяди.

- Новое поколение… Они тоже меня судят. Говорят, что не прав, что скучен и банален. Ха! Длинные предложения! Наверное, наверное… И еще… они размышляют, нужен ли литературный институт? Говорят, что он изжил себя, что это не актуально боле. Но в этом я согласен с ними. Зачем нужен литературный институт, если нет литературы? Как я устал. Ты поздравляешь меня. Я выиграл премию – и меня начали уважать. До этого никто не здоровался, зато теперь вдруг принялись усердно изучать моё творчество. Моё творчество…. Самоуверенность бездарности и пылкая деятельность посредственности. Я знаю, что то, о чем я пишу – банальность, нелепость, ошибка! На эти темы писали Пушкин, Лермонтов, Чехов …. И как писали! А я корячусь, извиваюсь, брыкаюсь и ничего не могу написать равное тому, что писали они, наши великие таланты. А не писать я не могу… Что-то клокочет внутри, разрывает мягкие оболочки и ткани, постукивает глухой болью у виска и настойчиво просится наружу. И я пишу…. Но пишу не так, как хотелось бы, потому что нет на мне того благословения небес, которое называется гением. И выходит какая-то бессмыслица, а это невиданное и страшное продолжает пожирать меня изнутри, неустанно требуя того, чего я не в силах ему дать.

Дядя нервно опустил голову, его друг застыл на мягком кресле. Я была напугана откровенным монологом взрослого мужчины, который еще 15 минут назад с добродушным возмущением поедал блинчики. Я встала и вышла из комнаты. Странное предчувствие охватило меня. В коридоре стояла тётя. Я посмотрела в её грустные глаза и прочитала в них давнюю душевную муку и переживание.

- Алла, скорее сюда! Скорую!

Испуганный голос Алексея Петровича разорвал нависшую в квартире тишину и глухим звоном упал на матовый линолеум. Тётя рванулась в комнату, я побежала к телефону.

Сидя в белоснежном коридоре возле палаты дяди и ожидая врача, я всё вспоминала странное признание опытного писателя. Что за зверь сидел у него в душе? Что за душевная болезнь парализовала его, не давая в полной мере наслаждаться жизнью и её подарками? Возможно, это боязнь заурядности и понимание своей ничтожности. Может, это простой эгоизм, и желание возвыситься над простыми смертными. Из задумчивого оцепенения меня вывел приглушённый вздох тёти:
- Догорел.

 



 

Ваше мнение 33  

Оставить комментарий
  • Автор молода. Мне показалось, что Мила именно СВОЕ настроение и отношение к жизни передает в первой части рассказа. Она ТАК видит мир - восхитительный и удивительный. Что касается дяди и общих замечаний по тексту, здесь уже высказано множество мнений и критических замечаний, с которыми я согласна, поэтому повторяться не буду. И все же, я поддержу автора своей оценкой. Удачи Вам, Мила!
  • Может быть, я плохой или уставший читатель, но рассказ мне не понравился.
  • Гузевич / 14 июл 2012
    Кажется, мое имя стало нарицательным
  • Ирик (Москва) / 13 июл 2012
    Этому автору надо писать большие и серьезные произведения , а не рассказы. Так красиво и здорово все описано, а для сюжета как будто не хватило времени и места.....
    • Клуша (Новокузнецк) / 15 июл 2012
      Не понимаю, почему минус пять? Хоть бы кто-то аргументировал свое отрицательное мнение на данный комментарий. Ведь на самом деле есть ощущение "предисловия" к большому "произведению".
  • New Moon (Интернет) / 13 июл 2012
    Так я и знала, что кончится ударом дяди. Лишнее это было, Мила - очень хороше, глубокое начало, без надрыва, уже хотела пятерку поставить, и вдруг в конце смерть ГГ - не шекспировская боль, а дешевый трюк, давление на слезные железы читательниц (щас обрыдаемся и дадим автору победу). Неискренне. Перебор. Без оценки.
    • Smile Gives Much (Симферополь) / 14 июл 2012
      Писатель не умер, а попал в больницу. Инфаркт. К сожалению, сейчас люди не славятся крепким здоровьем. Давить на слёзные железы я не собиралась. Вполне логический конец для человека, надломленного психически и находящегося в состоянии истерии.
      • New Moon (Интернет) / 15 июл 2012
        Smile, это ваш рассказ, что ли? Для вашего возраста - здорово, но прислушайтесь к критике, если хотите расти и дальше. Здешние читательницы, среди которых много маститых, талантливых авторов, могут многому научить. Удачи вам!
      • New Moon (Интернет) / 16 июл 2012
        Не умер? А что тогда означает последнее слово "догорел"?..
  • Чипулёнок (ПерекатиПоле) / 13 июл 2012
    Переизбыток, как уже здесь говорили, слащавости и красивости в первой части, еще можно было воспринять в ожидании дальнейших событий. Но речь дяди я, как читатель, приняла полностью на свой счет - //Судьи! Вот они мои судьи! Надменные знатоки, жующие жёсткую резину моих мыслей!// Поэтому от дальнейших комментариев воздержусь.
  • Двоякое впечатление от рассказа. В первой части явный перебор с красивостями -слащавостями, мне показалось. Солнце летом в Питере встает очень рано, не позже пяти часов утра, откуда в это время на Невском столько прохожих с «мутно-усталыми зрачками»? А фраза «фривольно вошел» в комнату - к чему такая двусмысленность? И не поверилось как-то, что премию дали книге, которая абсолютно никому неинтересна и совсем не продается. А страстный монолог писателя, который в душе уверен, что книга его гениальна, обвиняющего читателей в скудоумии: «Они бросаются на тебя, как собаки, готовые разорвать всё, что хоть немного отличается от их собственных взглядов, они ставят позорное клеймо посредственности на всё то, чего не могут понять», а людей, присудивших ему премию, в глупости: «А судьи кто, ты мне скажи?», и здесь же лицемерно размазывающим себя перед другом: «Моё творчество…. Самоуверенность бездарности и пылкая деятельность посредственности. Я знаю, что то, о чем я пишу – банальность, нелепость, ошибка! На эти темы писали Пушкин, Лермонтов, Чехов …. И как писали! А я корячусь, извиваюсь, брыкаюсь и ничего не могу написать равное тому, что писали они, наши великие таланты». Я уверена, что каждый пишущий человек проходит в творчестве и через стадию «я пишу г-но» и через стадию «я чертовски талантлив», каждый пишущий человек бесконечно сомневается в себе и без конца ищет и новые формы и новые идеи. Он часто недоволен собой и постоянно сомневается в своих способностях. Но в глубине души он почти всегда знает правду, знает свою планку. Пускай не Чехов, но и не совсем д-мо собачье… Извините за многобукв, автор, это скорее просто рассуждения, чем критика.
  • Кошка_Шредингера (Старый и красивый) / 13 июл 2012
    Рассказ не понравился - слишком много пафоса. Голос, упавший на пол - это сильно. Да и город совершенно не реалистично нарисован.
  • майлиз (Маленький) / 13 июл 2012
    Рассказ категорически не понравился. Слишком много красивостей в тексте, один упавший со звонким стуком на линолеум голос что стоит. Слишком сладенькие эпитеты, слишком пафосный текст "горестной" речи писателя. А уж читатели!. И где их только взяли? Зачем они пришли на встречу с автором, если их не интересует ни автор. ни книга? Или автор ТАК видит своего читателя? Сколько раз за свою жизнь проводила встречи с читателями. Да, может придти немного людей, но те, кто приходят, всегда к этой встрече подготовлены, и вопросы задают более чем интересные и толковые.
    • Smile Gives Much (Симферополь) / 13 июл 2012
      А при чем здесь Ваши читатели и то, как они к Вам приходят на встречу? Это Ваш конкретный опыт, зачем его переносить на всех и вся? Герой Дж.Лондона Мартин Иден кончает жизнь само убийством от части из-за таких вот читателей, которые описаны в рассказе, читателей, которые любят судить, но не понимают или не хотят понимать смысл написанного, они слепо следуют моде, кто-то сказал, что этот читатель талантлив - они, как попугаи, начинают читать его произведения.
      • майлиз (Маленький) / 13 июл 2012
        Мартин Иден кончает собой из-за того, что он слишком долго шел к своим целям и, придя, вдруг не увидел ничего впереди. При чем здесь мои читатели - это пример из моей длинной жизни, так скть.Читатель придет на встречу с писателем, если его этот писатель интересует. А описанные в рассказе читатели тв-вом героя не интересуются - зачем они идут, время тратят? И я вообще не люблю этих причитаний по поводу того, что вот я - гениальный/ - ая, а они, серые, тупые, примитивные, меня, такого гениального, не понимают.
  • FleurDeLi (Пруд, где лилии цветут) / 13 июл 2012
    Мила, Вы меня простите, мой отзыв не имеет прямого отношения к Вашему рассказу, скорее к теме Вашего рассказа. Рассказ...не мое. А вот тема близкая. Где-то примерно в феврале, или в марте Ольга (Габи) сообщила об уходе из жизни талантливого автора От-Эне (Алены Дашук), она появлялась на лит. конкурсе Клео в 2008-2009 годах. Тогда же я предложила в память о ней издать сборник ее рассказов. И наконец-то сегодня я эту изданную книгу получила! Вот так, от слова к делу. Во-первых, мы должны от душы поблагодарить Ольгу - за то, что не теряла связи с Аленой, и информировала нас. Во-вторых, Мелиссу-Ларису, она взяла на себя основную творческую нагрузку по подготовке сборника, приняла финансовое участие в издании и, вероятно, она же будет рассылать книгу по территории бывшего СНГ. Большое спасибо Светлане Куликовой, на ней были юридические вопросы, организационные, а также пропаганда нашего издания. И, разумеется Nay - ее сын подготовил макет обложки и титульного листа, терпеливо снося мои и типографские придирки и внося изменения. Если есть желающие получить книгу - безвозмездно, что означает даром (или, не исключаю, наложным платежом), напишите мне или Мелиссе-Ларисе в личку Мила, еще раз извините...
    • Светлана К. / 13 июл 2012
      Спасибо тебе, Флер, за идею и огромную работу по сохранению памяти Алёны Дашук - человека по-настоящему талантливого во всем! Дело сделано большое без шума и аффекта.
      • FleurDeLi (Пруд, где лилии цветут) / 13 июл 2012
        не за что меня благодарить, я это сделала в первую очередь для себя, такая вот была потребность души
        • Клуша (Новокузнецк) / 14 июл 2012
          Как-то рассуждая об эгоизме я пришла к удивительному выводу. Вроде бы качество души отрицательное, но бывают люди, которым не комфортно, когда кому-то рядом плохо. И занимаясь исправлением реальности, они прежде всего думают о себе, хотя стороннему наблюдателю это кажется благотворительностью. Я считаю это эгоизмом в высшей положительной степени. Флер, хотела выразить восхищение Вами!
          • FleurDeLi (Пруд, где лилии цветут) / 15 июл 2012
            Клуш, а книжку-то хотите?
            • Клуша (Новокузнецк) / 15 июл 2012
              Я как-то постеснялась попросить, конечно хочу! Если честно, совсем "заработалась" - последнее время читаю только налоговый, гражданский кодексы, да вот теперь Клео! Тут на глаза попался Чернышевский "Пролог", к своему стыду надо признать, что чтиво оказалось для меня тяжелым, хотя раньше очень любила покопаться в потемках чужой души. Деградирую, однако!
    • Ольга (Габи) / 13 июл 2012
      Флер, респект!))) За идею, за "общее руководство", за вложенные в проект средства. Честно говоря -не верилось... Тем приятнее! Огромное спасибо всей команде. Не знаю - будет ли когда-нибудь издана "настоящая" книга Алены, но... я думаю, что она оценила бы то, что все вы для нее сделали. Может быть, и оценила... оттуда. Кто знает. Когда-то Алена написала мне: "Увидеть чей-то талант и поддержать его - признак не только широты души, это тоже своего рода талант". Она умела это - увидеть и поддержать... Еще раз - спасибо тебе за все.
      • FleurDeLi (Пруд, где лилии цветут) / 13 июл 2012
        не только руководство. Я ещё - впервые в жизни - сделала верстку, худ. и тех. редактирование, для меня это было своего рода испытанием, которое, как мне кажется, я таки прошла, по крайней мере номера страниц - сходятся:)
    • Я тоже хочу сказать "спасибо". Столько работы!
  • Очень интересно! "Они бросаются на тебя, как собаки, готовые разорвать всё, что хоть немного отличается от их собственных взглядов, они ставят позорное клеймо посредственности на всё то, чего не могут понять." - это точно подмечено!
    • майлиз (Маленький) / 13 июл 2012
      Если так воспринимать читателя, зрителя, то лучше не творить.
      • Взгляд на творческого человека, как на обслуживающий персонал, пришел в Россию из страны масс-культуры - Америки. В странах высокой древней культуры принято тянуться к искусству, а не опускать его до своего уровня. Подлинный талант живет в мире горнем и априори не станет, как это говорят, "завоевывать читателя". Читатель, жаждущий прикоснуться к горнему миру, сам его найдет.
        • "Подлинный талант живет в мире горнем и априори не станет, как это говорят, "завоевывать читателя"" Спорно. Где он - тот «горней мир», в котором положено жить и творить писателю? И чем должен питаться по-над миром живущий творец? А кому он интересен – писатель, пишущий априори не для людей, а токмо для себя, писатель, обретающийся в «горней выси», пишущий непонятно, рассуждающий о том, что читателям неинтересно? Согласна с одним – писатель не должен идти на поводу у «не своей» публики, пытаться понравиться всем и каждому, писать проще, чем он может - для того только, чтобы понравиться максимально большему количеству людей или быть напечатанным. Борясь за это, он непременно потеряет и себя и свой дар.
          • Мир горний - мир души, а хлеб для души иной, нежели для тела. Пребывая в материальном мире и питая тело от любых трудов, человек душой ищет свой путь к Небу и пишет уже оттуда, из тех сфер. Но настоящий талант идет туда не ОТ... (глупого читателя, скучной жизни), а К... (Богу, свету - не знаю, как выразить) Найдутся ли читатели? Конечно! Пусть мало, пусть не сразу, но будут. И это будут такие же души, стремящиеся К... Что-то я расфилософствовалась ))) Природа творчества - очень интересная тема, могу говорить бесконечно ))

Оставить комментарий
 

Что не так с этим комментарием ?

Оффтопик

Нецензурная брань или оскорбления

Спам или реклама

Ссылка на другой ресурс

Дубликат

Другое (укажите ниже)

OK
Информация о комментарии отправлена модератору