На главную
 
 
 

Мой Андрэ
Автор: Ксения / 22.06.2001

Мой АндрэЕще со времен Советского Союза в наших школах была традиция ездить по обмену в бывшие соцстраны Восточной Европы. Это сейчас, когда открылись наши границы и можно ездить практически в любую точку земного шара, куда достанет содержимое кошелька, уже не понять того страстного желания хоть одним глазком взглянуть "за бугор". От нашей школы были организованы поездки в ГДР. В эти поездки брали только отличников, активистов, а также любимчиков и детей учителей. Я проходила по первой категории, но при этом не проходила по остальным. Мотивируя моей маме отказ, будущий руководитель поездки - учительница русского языка и литературы сказала: "Ваша дочь, конечно, учится хорошо, но вот остальные ученики ходят бесплатно на фабрику работать, а она не ходит." На что моя мама возразила: "А зачем ей там бесплатно работать?" Такой вопрос учительницу немного смутил, но она привела бесспорный аргумент: "Но ведь другие же работают!"

В итоге я все-таки попала в список счастливчиков, при этом пройдя через "потерю" моей медицинской справки той самой учительницей и процедуру ее восстановления за полчаса (благо у мамы была знакомая главврач в поликлинике).

Собирали меня в Германию всей родней. Продумывали, что взять с собой в дорогу (ехали на поезде около 2-х суток), что взять из одежды. Собрали целый чемодан, но потом, после длительных размышлений, ограничились маленькой сумкой.

Как я ждала этой поездки! До этого не выезжавшая никуда дальше Крыма, да и то в раннем детстве, я представляла себе Германию каким-то сказочно прекрасным местом. На Белорусском вокзале нас провожала толпа родных. Как сказала моя тетя, вызвавшаяся поехать меня проводить: "Я никогда не провожала заграничный поезд". Это только сейчас я понимаю, как было обделено наше старшее поколение. Каким же нам все казалось романтичным. Первая поездка без родителей, первая возможность увидеть западный мир. Ведь мы тогда не знали, что у нас еще будет такая возможность.

Даже проблемы в пути, а наш поезд ломался два раза - первый раз простояв в бескрайних белорусских степях под палящим солнцем около 5 часов, второй раз - застряв в польских просторах на 4 часа, только радовали разнообразием приключений. А эти первые впечатления…

Варшаву мы проезжали ночью. Это была первая "заграница" на нашем пути. Из поезда выходить было нельзя, но мы как обезьянки облепили окна и во все глаза глядели на эту незнакомую жизнь за стеклами вагона. В Берлин мы прибыли с опозданием поздно ночью. Нас отвезли в школу, где нам предстояло жить целых две недели. Покормили первым "заграничным" ужином. Завтра должна была начаться совсем другая жизнь. Нас возили по экскурсиям, показывали достопримечательности. Но нас поражали не исторические места, а картошка фри на обед, мостовые, вымощенные булыжником, а не потрескавшимся асфальтом, необычное мороженое нескольких сортов. Нас удивляло, что можно переходить улицу и не вертеть головой по сторонам, потому что перед тобой остановятся все машины. Нас восхищало, что в магазинах такой большой выбор колбасы. Ох уж это нищее детство!

А еще было необычно, что в их музеях можно потрогать статуи, за что в наших музеях можно было схлопотать от окрика до подзатыльника, что у них в зоопарке не прячут зверей за решеткой, а они отделены от посетителей лишь рвом с водой. Как это все отличалось от Москвы! Сейчас, по прошествии почти 13 лет, мне кажется все это не столь интересным, но как это поражало тогда.

Забавное впечатление производили сами немцы. Они все были тощие, белобрысые и в очках. В общем, все на одно лицо. А еще у нас был "день семьи", когда встречающая сторона забирала нас на один день и развлекала в меру своих сил. Этот день приходился на выходной с тем, чтобы родители могли присматривать за своими чадами и за приглашенными ими иностранцами.

Меня пригласила девочка по имени Бьянка. Придя в гости, я с гордостью вручила им банку красной икры, с таким трудом добытую моей мамой где-то в московских магазинных битвах. Нам ведь говорили, что для иностранцев это жуткий деликатес. Но немцы равнодушно повертели банку в руках и, по-моему, бросили ее на собачий столик. Родители Бьянки решили совместить необходимое и приятное и вывезли нас на дачу, которая очень похожа на наши подмосковные фазенды. Там мы жарили мясо на решетке, ездили развлекаться в местный парк, а вечером за Бьянкой заехали ее знакомые ребята. Они были на мотоциклах. Ей не оставалось ничего другого, как взять меня с собой. Я впервые в жизни села на мотоцикл, было страшно, но я крепко держалась за высокого симпатичного паренька. Я не знаю, что сыграло главную роль - первая зарубежная поездка, подходящий возраст, романтика или же просто любовь с первого взгляда, но я влюбилась! Влюбилась в паренька, за спиной которого сидела. Мы не перекинулись и парой фраз, поскольку их английский отличался от нашего английского. Мы катались весь вечер по ночному Берлину. Потом все оставшиеся до отъезда дни он приезжал к школе, в которой я жила, на своем BMV с тем, чтобы издалека помахать мне рукой.

Мы вернулись в Москву, но в моем сердце поселилась легкая грусть. Я поняла, что скучаю по своему Андре. Я знала, что не увижу его больше, поскольку он даже не учился в той школе, с которой был организован обмен. И, следовательно, он даже не приедет на следующий год в Москву. Пришло следующее лето и теперь уже мы ждали гостей. Я без всякого удовольствия пошла отрабатывать "повинность" встречающей стороны и выбирать себе гостя на "день семьи". Как же забилось мое сердце, когда я увидела своего улыбающегося Андре, стоявшего чуть в стороне и ожидавшего моей реакции. Потом он рассказал, что специально перешел в другую школу, чтобы иметь возможность приехать в Москву и увидеть меня.

Мы провели замечательные две недели. Вместе с ним я открывала для себя заново Москву. Мы гуляли по Красной площади, мы плавали на речном трамвайчике по Москва-реке, а когда мы были на Арбате, он преподнес мне огромный букет алых роз. Таких букетов я больше никогда не получала за всю свою жизнь. И все эти две недели он постоянно фотографировал меня и Москву. Под конец этих двух недель он первый раз меня поцеловал. Для меня это был вообще первый поцелуй. Но скоро мы были изгнаны из рая - время его пребывания подошло к концу. Он оставил мне свой адрес, взял мой и обещал писать.

Прошло две недели и я получила от него письмо. Оно было на немецком. Моя мама обзвонила всех знакомых, разыскивая переводчика с немецкого языка. Когда я получила перевод, там были сплошные слова любви. Я долго писала ответ, стараясь подобрать слова, потом переводила его на английский. Но мое письмо вернулось мне обратно. Железный занавес широко расправил свои крылья. Письма не выпускали из Союза. Та же участь постигла все мои последующие письма. Он писал еще несколько раз, но потом перестал. Видимо решил, что я не хочу ему отвечать. Так это все и закончилось.

У него осталась куча моих фотографий, а у меня лишь несколько его писем.С тех пор прошло много лет, но я до сих пор вспоминаю своего Андре.



 
 

Что не так с этим комментарием ?

Оффтопик

Нецензурная брань или оскорбления

Спам или реклама

Ссылка на другой ресурс

Дубликат

Другое (укажите ниже)

OK
Информация о комментарии отправлена модератору